По опросу «Левада-центра» большинство граждан призналось, что страна жила бы сейчас лучше, если бы в Советском Союзе не было горбачевской перестройки.

Социология дана как по самой оценке перестройки, так и по некоторым аспектам политической жизни страны. Данные можно назвать противоречивыми, но в целом они симптоматичны и дают интересный результат.

Так, на вопрос – были бы в стране дела лучше, если бы не было перестройки, сумма положительных ответов («совершенно согласен» и «скорее согласен») перевешивает сумму отрицательных ответов («совершенно не согласен» и «скорее не согласен»): 48% (24% и 24% соответственно) против 39% (15% и 24%). Затруднились ответить 14%. После 2008 года, судя по данным «Левада-центра», можно отметить динамику в сторону повышения суммы «согласия» и понижения суммы «несогласия».

Главное, что произошло бы в стране, если бы не перестройка, по мнению респондентов, это пусть и медленное, но улучшение жизни (возможно несколько вариантов ответа) – так ответили 38%; удалось бы избежать тяжелых конфликтов и потрясений, сохранить единую великую страну – 32%; ничего особенного не произошло бы – 17%; и остальные ответы предполагают усиление конфликтов и распад СССР (16% и меньше).

Однако, несмотря на осуждение перестройки, респонденты уверены, что, по сравнению с советским временем, сейчас стало свободнее говорить то, что думаешь, стало легче вступать в любые организации, участвовать или не участвовать в политической жизни и решать вопросы своей религиозно жизни. Важно отметить, что в этих четырех вопросах граждане отвечали также «стало намного легче/ несколько легче» и «стало намного труднее/несколько труднее». С 2007-08 годов, судя по опросам, наметилась тенденция на снижение ответов о «легкости» и наоборот – появилась тенденция роста ответов о «трудностях».

Михаил Горбачев(2016)|Фото:

Тем не менее, не имеющие отношение к опросу эксперты отмечают некоторое противоречие: с одной стороны, страна бы развивалась и было бы лучше без перестройки, с другой – стало свободнее в некоторых отношениях. Это объясняется тем, что опросам, посвященным историческим эпохам и явлениям как правило недостаточно инструментария для предоставления объективной оценки, считает социолог, публицист Борис Кагарлицкий.

«В таких случаях сами оценки людей – что, кстати, отчасти показало исследование «Левада-центра» – являются не менее противоречивыми. То есть либо прошло недостаточно времени, либо прошло слишком много времени: это уже не актуальная текущая политика, чтобы изучать ее социологическими методами, и при этом это еще не совсем устоявшееся историческое прошлое, которое можно оценить как-то фиксировано», — сказал эксперт Накануне.RU.

Что касается непосредственно отношения граждан к перестройке и самому Советскому Союзу, то тут социолог отмечает – в массовом сознании СССР является некоей точкой отсчета, с которой сравнивают все современные события и показатели. Иными словами в массовом сознании СССР выглядит лучше, чем современная Россия – поэтому перестройку оценивают отрицательно. Но в целом появились новые возможности, которые оцениваются хорошо, поэтому респонденты считают Россию более свободным государством.

Независимый эксперт по социальной политике Андрей Гудков, напротив, считает, что в Советском Союзе было сложнее. «Я что тогда, что сейчас – говорю то, что думаю. И тогда это было делать сложнее. Тогда и посадить могли. А теперь – просто убьют, но зато тихо», – иронизирует Гудков.

Эксперты также отмечают, что в опросе уделено вниманию только социально-политическим вопросам «свобод», однако нет места вопросам социально-экономическим, вроде образования, здравоохранения или трудоустройства. Тем не менее, даже вопросы «свобод» не являются абсолютно объективными, уверен адвокат, публицист Дмитрий Аграновский. Он отчасти поддержал точку зрения Андрея Гудкова относительно того, когда было проще:

«В чем-то свободы действительно стало больше. Хочешь пить – пей, хочешь умереть – умирай, хочешь уйти с работы – да уйди, никому ты не нужен совершенно. В этом плане свободы стало действительно больше. У человека стало больше свободы падения, свободы быть одиноким и никому не нужным».

Елена Мизулина(2018)|Фото: ntv.ru

Эксперт также отметил, что все декларируемые «свободы» ограничены четкими рамками, выход за которые карается жестче, чем в советский период. И ярким примером тому являются недавние рассуждения спикера Елены Мизулиной о том, что права – это и есть главные ограничители свободы, а запреты – это как раз свобода. Главное сейчас – «не мешать сильным мира сего», уверен эксперт.

«Самые настоящие права человека, самые настоящие свободы – право на труд, свобода от страха перед завтрашним днем – это, конечно, все ликвидировано. То есть в морально-психологическом плане мы не то, что живем плохо, мы просто живем в аду, по сравнению с советским временем», – сказал Аграновский Накануне.RU.

популярный интернет

Сейчас читают

Архивы