Собор, учредивший 15 декабря новую поместную православную церковь, вызвал целый ряд событий, которые следует ожидать в самом ближайшем будущем. Самое интересное начнется либо сразу же завтра, либо после получения томоса об автокефалии, которое ранее было анонсировано на 6 января

Варианты происходившего было довольно затруднительно просчитать до 15 декабря, так как многое упиралось в то, сколько в Соборе примет участие епископов Украинской православной церкви и, главное, кто будет избран митрополитом Киевским. Стань им, например, митрополит Винницкий и Барский УПЦ Симеон (Шостацкий), которого очевидно лоббировал на этот пост Петр Порошенко, новая Церковь выглядела бы привлекательнее для верующих Московского патриархата, ведь «митрополит-то свой».

Но в варианте, когда пост занял митрополит Переяславский и Белоцерковский Киевского патриархата Епифаний (Думенко), молодой фаворит и правая рука патриарха Киевского Филарета (Денисенко), новая религиозная организация превратилась лишь в расширенную версию Киевского патриархата и по составу архиереев, и по главе.

Кадры решают все

Между тем, просто переиздание Киевского патриархата с прежним числом приходов и храмов, лишь дополненных за счет Украинской автокефальной православной церкви (УАПЦ), у которых их порядка тысячи, организаторов объединения не устраивал.

«Когда будет томос, то речь пойдет о тысячах парафий, целыми епархиями и областями будут переходить из УПЦ МП в поместную церковь», — говорил 24 мая 2018 года ВВС News Украина глава информационного управления Киевского патриархата архиепископ Черниговский и Нежинский Евстратий (Зоря). Сам Филарет на выступлении 19 сентября 2018 года на заседании Atlantic Council (авторитетный «мозговой центр») в Вашингтоне заявил: «Мы рассчитываем, что примерно две трети Московского патриархата в Украине присоединится к этой единой Украинской православной церкви».

И речь под переходом целых епархий идет именно о переходе существующих структур под руководством епископов УПЦ. «Мы знаем, что подписались (под обращением к патриарху Константинопольскому об автокефалии. — Авт.) около десяти, однако публично заявили два. А почему другие промолчали и сколько их? Другие боятся. Чего боятся? А если не будет томоса, тогда Москва всех этих, кто обращался, накажет. А когда уже будет томос, когда образуется единая Поместная украинская церковь, то бояться уже будет некого», — сообщил Филарет 14 июня в интервью «Украинской правде». По его словам, епископы Московского патриархата «будут свободно присоединяться и мы все будем складывать одну Украинскую православную церковь», и тут как раз и всплывает названная позже цифра в две трети: «Так вот тех потенциальных, по некоторым наблюдениям, примерно 2/3 (епископов. — Авт.) Московского патриархата».

Скорее всего, уже в ближайшее время Порошенко и Симеон постараются активизировать сторонников автокефалии среди епископата УПЦ, хотя бы среди тех 10 подписавшихся под обращением к Варфоломею (эту цифру называл ранее и митрополит Черкасский и Каневский УПЦ Софроний (Дмитрук), сам подписавший данное обращение) и 15 подписавшихся под доверенностью к Симеону на объединительный Собор.

Против этого, однако, играют упомянутые в начале статьи факторы, а также то, что совсем не ясно, по какой схеме будет происходить объединение в регионах — кто станет новым епископом, если ранее в одной области правили своей паствой архиереи УПЦ, Киевского патриархата и УАПЦ, а часто даже и несколько от каждой Церкви? Кто останется на посту епископа в случае слияния, а кто будет понижен в новой иерархии и насколько?

Вообще же, епископат любой Церкви — это весьма «закрытый клуб», где главным является принадлежность к нему, а личная инициатива всегда подавлялась в пользу коллектива. К тому же, как сообщали украинские СМИ, за прошедший месяц управляющий делами УПЦ митрополит Бориспольский и Броварский Антоний (Паканич) провел плотную работу с архиереями, недвусмысленно информируя их о том, что участие в объединительном Соборе повлечет за собой немедленное лишение сана и исторжение из Церкви. Терять все это епископы не готовы, тем более ради не до конца понятных перспектив.

С другой стороны, ранее ряд архиереев УПЦ — упомянутый выше Софроний, митрополит Львовский и Галицкий Филарет (Кучеров), Полесский и Сарненский Анатолий (Гладкий) и т.д. — открыто проявляли готовность к объединительным процессам с раскольниками, и в данном случае, скорее всего, подписи под обращением и пресловутой доверенностью отражает попытку усидеть на двух стульях: не потерять ни в случае провала церковной инициативы Порошенко, ни в случае ее успеха. Если что — мы в Соборе не участвовали, а подписаться нас заставили, если что — мы всегда это поддерживали, вот наши подписи.

Наконец, многие из митрополитов хорошо искушены в интригах, закалены еще в советское время, когда сегодняшний вождь завтра оказывался обвиненным во всех грехах и нужно было понимать, когда кого поддержать публично, а когда промолчать и подождать, как сложится ситуация. В 2014 году после победы Майдана Партия регионов капитулировала, новая власть имела массовую уличную и электоральную поддержку и поэтому епископы УПЦ буквального через одного демонстрировали ей лояльность, отправляя гуманитарную помощь в АТО и т.д. Сегодня же Порошенко точно будет править лишь до 31 марта 2019 года, а переизберется ли на новый срок — очень большой вопрос, в настоящий момент маловероятен даже выход его во второй тур, а не то что победа на выборах.

Пока, скорее всего, колеблющиеся епископы УПЦ будут наблюдать за тем, удастся ли участвовавшим в Соборе и исторгнутых по факту этого из Церкви Симеону и викарному митрополиту Переяславскому и Вишневскому Александру (Драбинко) удержать контроль за своими храмами, духовенством и паствой. Если нет — никто не захочет вставать на те же грабли, если удастся при поддержке админресурса — могут появиться новые желающие.

Храмы — с баланса на баланс

Гораздо больший интерес, чем личности архиереев, представляют непосредственно храмы с приходами, а также монастыри, семинарии и прочее. Без них даже при переходе десятка епископов новая Церковь окажется «обескровлена».

Что касается Киево-Печерской и Почаевской лавр, наиболее богатых и важных (тем более, в первой находится управленческий центр УПЦ), за последние пару месяцев государством в лице Министерства культуры проведены мероприятия для отмены передачи их УПЦ, причем во внесудебном порядке, с отсылкой на нарушения в договорах безоплатного пользования на длительные сроки. «Здесь нет оснований для суда. Государство предоставило аренду, и в прерогативах государственных органов решать его дальнейшую судьбу», — отметил 8 октября 2018 года в интервью «Главкому» директор департамента по делам религий и национальностей Министерства культуры Андрей Юраш.

В Киевском патриархате, где 20 октября включили в официальный титул Филарета «Свято-Успенской Киево-Печерской и Почаевской лавр священноархимандрит», многократно за прошедшие месяцы обещали не захватывать силой эти ключевые монастыри. Действительно, зачем, если их может официально отдать государство?

То же заявляется и по поводу храмов на местах. «Никакого насилия будет. По украинским законам, все храмы и имущество принадлежат общинам — на правах собственности, безвозмездного пользования или аренды. После предоставления томоса ничего не изменится. В том случае, если община решит выйти из одного патриархата и перейти в другой, она сохранит за собой принадлежащее ей имущество и объекты недвижимости», — заявил Филарет 8 августа 2018 года «Немецкой волне».

Тут стоит пояснить — храмы могут принадлежать как местным муниципальным общинам (то есть быть в собственность местных властей, передавших их в аренду или безоплатное пользование религиозным организациям), так и общинам верующих. В первом случае советы депутатов или главы сельских поселений, городских и районных советов могут инициировать отзыв права пользования или аренды (но опять же, зависит от условий передачи, формулировок договоров, в общем, формальной стороны вопроса), во втором — это решается общиной, которая может сменить юрисдикцию путем голосования.

Последнее в Киевском патриархате представляют в формате референдума прихожан, а не собрания приходского совета. «Если 2/3 прихода проголосует за то, чтобы остаться в Русской церкви, значит, этот приход будет принадлежать Русской церкви. Если же 2/3 прихожан проголосуют за Украинскую церковь, то храм вместе с прихожанами перейдет в Украинскую православную церковь», — заявил Филарет 26 октября на пресс-конференции.

Здесь и коренится почва для массовых конфликтов, так как очевидно, что разные группы верующих, либо просто местных жителей будут бороться друг с другом, и каждая будет считать храм своим и мобилизовывать на свою поддержку силы извне (в одном случае это будут отряды националистов, в другом — казаков, молодых послушников лавр и т.д.). Опять же очевидно, что силовой сценарий можно будет реализовать лишь в ряде случаев и сам факт столкновений будет мощнейшим доводом против легитимности новой Церкви Поэтому, скорее всего, на первых порах будет сделана ставка на демонстративно мирный сценарий смены юрисдикций путем волеизъявления храмовых общин, священнослужителей и архиереев, на которых окажут влияние чиновники, СБУ и СМИ.

популярный интернет

Сейчас читают

Архивы