Есть много вопросов, которые люди задают себе сегодня. Среди них: насколько серьезным может быть этот экономический спад? Как долго это будет продолжаться? Как же это можно прекратить? А кто в этом виноват?

Ответы на эти вопросы, даваемые учеными мужами, экономистами, эффективными менеджерами и политиками, почти без исключения совершенно неверны. Это самое печальное, потому что это означает, что действия, предпринятые США (и, похоже, всеми другими правительствами в мире), будут не только неэффективными, но и контрпродуктивными.

В течение многих лет я предсказывал то, что называл «Депрессия покруче Великой» (Greater Depression). Я видел её наступление как совершенно неизбежное. Только её точное время было под сомнением. Так что позвольте мне с предельной простотой рассказать том, что происходит в мире прямо сейчас.

Мы вступили в период спада, который будет более долгим, глубоким в отличие от неприятностей 1929-1946 годов.

Я искренне не хочу брать на себя ответственность за эти слова, но мне приходится это сказать. Очевидно, что самая длинная тенденция в существовании — это «Возвышение человечества» («Ascent of Man» документальный сериал BBC) и это обычно ошибка, чтобы противостоять любой тенденции; тенденция — это ваш друг. Но никакой тренд не восходит прямой линией. Тем не менее, мне кажется, что это будет очень, очень серьезная коррекция – я подозреваю, худшая с начала промышленной революции.

В течение следующих нескольких лет вас будет осаждать шквал дезинформации, неверных интерпретаций, принятия желаемого за действительное, а также спекулятивной экономики. Очень важно, чтобы вы рационально для себя поняли, что именно происходит и почему.

Я считаю, что большая депрессия почти полностью вызвана вмешательством правительства в экономику. Нынешняя истерия по поводу коронавируса-это просто булавка, которая проткнула пузырь. В любом случае, государственное вмешательство в экономику происходит тремя способами: налогообложение, регулирование и валютная инфляция – все из них сейчас являются катастрофическими.

Но из них инфляция, вероятно, является наихудшей, поскольку это не только косвенная форма налогообложения, она, кроме того, порождает деловой цикл, а это приводит к огромным перекосам в способах производства и потребления людей и вызывает огромные ошибки в распределении капитала.

Лучшее общее определение депрессии — это период времени, когда уровень жизни большинства людей значительно падает.

То, что вы видите — это большая депрессия и это не учебная тревога или что-нибудь призрачное.

Почему происходит депрессия

Физический мир вряд ли сильно изменится в результате Великой депрессии, но то, как люди относятся к этому миру, очень сильно изменится.

Крах недвижимости не означает, что рухнут здания, но рухнут цены, и поменяются владельцы.

Банкротство корпорации не означает, что заводы или технологии, которыми она владела, исчезнут; они станут собственностью другой корпорации.

Дефолт правительства по своим облигациям не означает, что страна (что совсем не то же самое, что правительство) является банкротом. Это просто означает, что те, кто держал облигации, беднее, а те, кто должен был платить, станут богаче.

Другими словами, все реальное богатство все еще будет там, но его собственники поменяются. И некоторые товары станут более (или менее) ценными по сравнению с другими товарами.

Люди, которые становятся богатыми по мере развития Великой Депрессии, предсказуемо будут из тех, кто понимает, что происходит. Ухватить суть экономического цикла является необходимым условием для такого понимания.

Деловой цикл — это явление подъёма и спада, вызванных инфляцией. Со времен Карла Маркса это называется одним из “внутренних противоречий” капитализма, но на самом деле это работа правительства. В чистой «экономике невмешательства» деловой цикл не будет существовать, потому что не может быть никакой политически обусловленной инфляции.

Как инфляция вызывает деловой цикл и, в свою очередь, депрессию? Давайте проведем вскрытие.

Первый этап: инфляция и бум

Предположим, что город Санта-Моника, штат Калифорния, является независимым государством.

Люди производят и торгуют, чтобы получить от жизни то, что они хотят и в чем нуждаются. Не имея никакого благосостояния, каждый вынужден работать, чтобы прокормить себя. Правительство заботится о том, чтобы поддерживать полицию и суды и создавать видимость, что его маленькая армия держит остальной мир в страхе.

Жизнь спокойна, и погода прекрасна.

Давайте далее предположим, что политтехнолог предвыборной кампании для некоторых местных политиков убеждает некоторых экономических советников правительства, что Санта-Моника не так процветает, как это должно быть.

Экономисты считают, что из-за того, что существует пул праздных бездельников (недавние выпускники, скучающие пенсионеры, пожарные и недавние уволенные с работы) и экономика страдает от недостатка потребительского спроса.

Увеличение спроса кажется хорошей идеей, поэтому правительство кредитует банковский счет каждого Санта-Мониканца на $10,000.

Картина быстро меняется. Хотя богатства больше не стало, но денег гораздо больше. Пусть будет процентов на 20.

Каждый чувствует себя богаче и начинает действовать соответственно. Они тратят больше. Экономика «стимулируется».

Мы проследим линию развития на примере бизнеса бассейнов, хотя каждый бизнес в Санта-Монике будет иметь подобную историю.

Первым бизнесом, который будет процветать из-за новой денежной политики правительства, может быть телефонная компания, потому что все телефонные линии забиты гражданами, пытающимися позвонить в местную компанию бассейна, чтобы сделать заказ.

Полагая, что их древняя маркетинговая кампания «протяни руку и возьми», наконец, сработала, руководители телефонных компаний планируют больше линий и больше операторов.

Но расширение телефонной компании далеко не настолько удивительно, как расширение компании по производству бассейнов, которая завалена заказами. Её владелец радуется, что рынок наконец-то вознаграждает его навыки. Ему никогда не приходило в голову, что действия правительства могут вызвать временный всплеск спроса.

В любом случае, он поднимает цены, чтобы воспользоваться повышенным спросом, а затем бежит в свой банк, чтобы занять немного денег для расширения.

Поставщики материалов для бассейнов, таких как бетон, медные трубы и экскаваторы, также занимают деньги в банке для расширения бизнеса.

Тем более, что банки только что приняли миллиарды долларов, любезно предоставленных правительством и у них очень много денег для кредитования, да ещё и по очень низким ставкам.

«Процент» — это арендная плата за деньги и с деньгами в таком изобилии их цена падает. Как и у любого другого бизнесмена с избыточным инвентарем, у банкиров деньги «специально для вас».

Все расширенные компании нуждаются в новых сотрудниках, но есть проблемы с наймом новых работников, поскольку все желающие уже заняты.

Чтобы побудить работников сменить работу, поставщики бассейнов предлагают более высокую заработную плату. Ночное телевидение заполнено рекламой курсов, которые будут обучать людей водить тяжелое оборудование, заливать цемент и прокладывать трубы, чтобы воспользоваться этими превосходными новыми вакансиями.

Между тем, вся эта деятельность не ускользнула от внимания начинающих предпринимателей. Вскоре «фургоны для семейного отдыха» «доски для сёрфинга по индивидуальному заказу» выставляются в качестве залога для кредитов, чтобы начать новый бассейн-бизнес.

Банкиры охотно идут навстречу, так как сейчас у них на депозитах столько денег, что они могут получать прибыль, только выдавая их в долг.

Биржевые маклеры, наблюдая новый рост индустрии, собирают миллионы от нетерпеливых инвесторов.

Бизнес идет отлично, и многие за ночь становятся миллионерами.

Появляется новый класс миллионеров по строительству бассейнов. Они и их высокооплачиваемые сотрудники ездят на Ferrari и носят костюмы Armani, золотые цепочки и шелковые рубашки.

Торговцы спускают наличные, забивая склады, чтобы всем хватило.

Многие люди ликвидируют свои сбережения, чтобы переехать в более крупные дома (у банков есть куча денег для ипотеки), и рынок недвижимости движется вверх. Так же как и фондовый рынок, поскольку компании расширяются и растёт их прибыль.

Когда заработная плата и прибыль растут, а акции и недвижимость ежедневно добавляют ценность, большинство людей, как правило, работают меньше и больше играют на бирже.

Как представляется, наступила “новая эра” с всеобщим процветанием и более высоким уровнем жизни для всех. Похоже, экономисты были правы, и небольшая инфляция — это хорошо.

Пока что это довольно красивая картинка.

«Что не так с этой картинкой?» —  игра, которая у нас была в начальной школе. Вот где стоит иметь навыки экономиста. Непосредственные и прямые последствия правительственной инфляции, безусловно, кажутся хорошими, но каковы же отсроченные и косвенные последствия?

Люди в правительстве мало беспокоятся о задержанных эффектах, даже предполагая, что некоторые могут испортить им удовольствие. Проблемы ведь только где-то в будущем, да и то только после очередных выборов. А поскольку долгосрочные эффекты носят косвенный характер, то в грядущих проблемах можно будет обвинить кого-то ещё.

Зато предполагаемые выгоды от инфляции не только ясны, но и находятся прямо здесь и прямо сейчас. Более того, «экономисты» говорят, что если действовать аккуратно, то можно отодвинуть проблемы на неопределенный срок.

Так что правительство, вероятно, провалит испытание «что не так с этой картинкой?», которое выдержит шестилетний ребенок. Но давайте выясним.

Этап второй: замедление роста

Через некоторое время все желающие уже получили свои бассейны и продажи сокращаются.

Кроме того, люди начали замечать тревожную тенденцию: цены иногда растут. «Экономисты» забыли упомянуть, что цены всегда растут, когда предложение денег увеличивается без соответствующего увеличения предложения товаров и услуг.

Но как насчет всех новых бассейнов и других предметов? Разве это не те товары и услуги, которые инфляция сделала возможными?

Да, но никакого нового богатства не было создано, просто появились другие (и более заметные) виды достатка.

Все, кто сейчас занялся бассейнами, раньше делали что-то другое, чего он сейчас не делает. Несмотря на то, что уровень жизни каждого человека повысился в некоторых очевидных отношениях, он уже начал падать в других отношениях. Все эти новые водители тяжелой техники раньше были парковщиками, сантехниками и посудомойками. Их бывшие работодатели вдруг увидели, что никто не хочет работать на грязной работе. Хорошую помощь стало трудно найти. Возможно, они смогут импортировать немного мексиканской рабочей силы?

Если инфляционный подарок правительства народу увеличил денежную массу на 20 процентов, то и цены в общем выросли на 20 процентов.

Однако инфляция цен будет неравномерной; не все цены будут расти на один и тот же процент. Цены на некоторые особенно желанные товары, например, бассейны, воду для их наполнения, а также большие дома, которые могут позволить себе новые миллионеры, — теперь стоят гораздо больше.

Что-то может и упасть в цене, например рис и бобы, которые едят только бедняки. Спрос на них снизился, так как бывшим беднякам теперь хватает на курицу и говядину.

Невозможно заставить водопроводчика устранить протечку в доме, потому что предприниматель, работающий с бассейном, платит работникам больше.

Единственный доктор, который когда-то ходил по вызовам на дом, больше не придёт; он заработал миллионы, инвестируя в недавно выпущенные акции компании по производству бассейнов.

Няни теперь начинаются от $ 25 в час, и то, в течение как минимум четырех часов. И процентные ставки начинают расти, так как люди исчерпали свои сбережения и не будут экономить больше, если они не получат «инфляционную премию» (более высокие процентные ставки, чтобы компенсировать ослабление валюты) на своем капитале.

Множество мелких перекосов проникает в экономику.

Некоторые люди, которые потратили свои 10 000 долларов на покупку плавательного бассейна, обнаруживают, что спрос привел к росту цен на воду, и они не могут позволить себе заполнить свои бассейны; кроме того, они не могут позволить себе содержать бассейны из-за более дорогой рабочей силы.

И поскольку большинство людей потребляют больше, а производят меньше, как это бывает, когда они чувствуют себя богаче, богатства становится меньше, чем было до того, как магия денежно-кредитной политики изменила способ функционирования их мира.

Санта-Мониканцы действовали так, как они никогда бы не поступили, если бы правительство не создало все новые деньги. Инфляция побудила их производить то, чего у них не было (например, бассейны), и перестать потреблять то, что они имели раньше (например, рис и бобы).

Инфляция также способствовала чрезмерному распределению капитала на запасы предметов роскоши. Несмотря на то, что у многих людей есть прекрасные новые бассейны, уровень жизни снизился незаметным образом.

Третий этап: полная рецессия

Очень быстрое возник спад заказов для многих компаний бассейнов.

Банкиры и брокеры не понимали, что экономика, которая могла поддерживать только одну объединенную компанию до подъёма, может иметь проблемы с поддержкой двадцати уже через некоторое время.

На самом деле, сейчас спрос меньше, чем раньше, когда работала только одна компания, так как многие продажи были «заимствованы» из будущего.

Компании вынуждены начать увольнять сотрудников, у многих возникают проблемы с погашением банковских кредитов.

Телефонные, медные и цементные компании чувствуют волновой эффект, как и дилеры Ferrari и «золотых цепочек», фондовый рынок рушится. Доктора волнуются, что рушится рынок бассейнов.

Экономика Санта-Моники переживает рецессию. Спад следует за инфляционным бумом, когда рынок пытается приспособиться к нормальным моделям спроса и предложения.

Это болезненный период, когда свободный рынок исправляет неправильное распределение ресурсов, поощряемое правительственной инфляцией.

Люди имеют больше некоторых потребительских товаров, чем когда-либо, и есть больше возможностей завода для производства этих продуктов, но мало кто живёт так же хорошо, как до инфляции. Они стали даже беднее, чем если бы правительство просто обложило их налогом.

Одни только увеличение налогов не заставило бы людей думать, что они богаче, чем есть; было бы гораздо меньше необходимости в адвокатах по банкротству.

Парадокс заключается в том, что хотя искусственный бум вызвал много проблем (как бы весело это ни было в то время), рецессия на самом деле имеет много положительных аспектов.

Потребители сокращают расходы, поэтому они снова наращивают сбережения.

Предприятия снижают цены, чтобы побудить потребителей покупать.

Рабочие, в страхе потерять работу, работают усерднее (то есть повышают производительность труда).

Компании (и рабочие), которые не могут дать потребителям то, что они хотят по ценам, которые они могут себе позволить, вынуждены оптимизировать бизнес.

А граждане, которые были благоразумны во время бума, имеют больше возможностей.

Вопрос о том, станет ли рецессия депрессией, в значительной степени зависит от правительства, которое должно признать, что его усилия по стимулированию экономики были глупой идеей; правительство не повысило общий уровень жизни, а просто изменило модели производства и потребления людей. Это фактически снизило общий уровень благосостояния.

В этот момент правительство должно уйти со сцены, позволить компаниям бассейнов обанкротиться, позволить акционерам банков переварить свои кредитные потери и позволить новоявленным магнатам вернуться к парковке автомобилей и ремонту сантехники.

Но это сделало бы политиков чрезвычайно непопулярными, и им пришлось бы искать новое работу после следующих выборов.

Кроме того, если они правильно сыграют, то кризис может превратиться в возможность повысить свою власть и престиж. И конечно же, у их экономических «советников» есть много «новых идей» для «перемен».

Этап четвертый: восстановление

Ни один политик не хочет, чтобы его обвиняли в рецессии.

Кроме того, сильные корыстные интересы работают над тем, чтобы поддерживать бум бассейнов. В частном беседах  бизнесмены дают понять, что любой действующий президент, не поддерживающий отрасль, может забыть о взносах на предвыборную кампанию.

Ассоциация подрядчиков бассейнов заявляет, что было бы «экономически катастрофическим и преступным пренебречь их священным общественным доверием» для правительственных чиновников, чтобы позволить промышленности рухнуть.

Водное управление Санта-Моники предполагает, что в общественных интересах для правительства субсидировать воду, чтобы люди могли позволить себе заполнить свои бассейны и дети могли ежедневно заниматься спортом, плавая в них.

Очевидно, что речь идет не только об экономике, но и о здоровье нации и молодежи. Ассоциация продавцов шелковых рубашек и золотых сетей заявляет: «город никогда не сможет оправиться от удара, если позволить индустрии бассейнов потерпеть неудачу».

Банкиры указывают на убытки, которые могут понести их вкладчики, и Ассоциация по снабжению бассейнов Санта-Моники рекомендует налоговые кредиты для оборудования бассейнов как экономически эффективный способ заставить экономику двигаться снова. Все рабочие согласны с этим, ведь они не заинтересованы в сокращении заработной платы или потери работы.

Дефляция может легко произойти. Многие заемщики могут объявить дефолт по миллионам банковских кредитов, и большая часть денежной массы может быть уничтожена.

Акции и облигации обанкротившихся компаний станут бесполезными.

Поскольку люди борются за любую возможность разбогатеть, процентные ставки резко повышаются. Даже с миллионами новых долларов в обращении, появляется нехватка наличных денег.

Избиратели требуют вернуть процветание и «старые добрые времена».

Речь не идет о «теоретических» вопросах, таких как то, должно ли правительство иметь возможность манипулировать денежной массой, или о том, как лучше всего установить золотой стандарт (что в первую очередь предотвратило бы подъёмы и спады); эти вопросы считаются несущественными, потому что они не решают непосредственную проблему.

Вместо этого экономические эксперты предлагают более активное стимулирование.

Поскольку валюта потеряла 20 процентов своей стоимости, потребуется $12 000 «стимула» на человека, чтобы достичь того же эффекта, что и $ 10 000, достигнутые в первом цикле.

Вливание новых денег снижает процентные ставки, укрепляет рынки и предотвращает дефляцию.

Понимая, как близко они подошли к пропасти, ученые мужи предлагают «страховку» чтобы это больше не повторилось. Это будет включать в себя страхование от безработицы, чтобы рабочим не стоило беспокоиться о быстром получении новых рабочих мест с зарплатой не ниже, чем они хотели бы; страхование банковских вкладов, чтобы  никто не волновался о том, разумно ли управляется его банк; открыть некоторые государственные учреждения, чтобы помочь бизнесу, и некоторые другие, чтобы убедиться, что бизнес не злоупотребляет этой помощью.

Возможно, промышленная политика должна скоординировать экономику и сделать так, чтобы бизнес и рабочая сила не совершали тех же ошибок, которые они совершили в прошлый бум. Все это можно финансировать за счет заимствований, что гораздо менее болезненно, чем налоги. Все это будет высасывать огромное количество богатства из производственных секторов экономики, но никого это не волнует, потому что инвесторы могут наполнить свои портфели государственными облигациями.

Был завершен полный цикл деловой активности: стабильность, за которой последовали инфляционное расширение, замедление и дефляционное сокращение. Сокращение будет называться рецессией, если правительство будет действовать быстро и вовремя вновь раздувать денежную массу, чтобы предотвратить полный крах.

Это будет называться депрессией, если правительство решит не действовать, действовать слишком поздно или действовать с слишком малой повторной инфляцией.

Другими словами, это будет депрессия, если правительство позволит экономике очиститься от искажений, которые произошли из-за более раннего вмешательства правительства и инфляции; это будет рецессия, если правительство вмешается до завершения ликвидации.

Последующие циклы

Даже если правительство действительно действует, оно не может отменить прошлое.

Люди пережили инфляцию. Поэтому они гораздо менее охотно экономят деньги и гораздо более охотно берут в долг, чтобы воспользоваться его потерей в стоимости. Процентные ставки растут, поскольку как вкладчики, так и заемщики учитывают риск будущей инфляции цен.

Бизнесмены и потребители начинают планировать более высокие цены. Некоторые компании нанимают экономистов, чтобы те переосмыслили ход развития экономики, и удерживают лоббистов, чтобы те отстаивали их «справедливую долю» в дальнейших государственных расходах.

Все видели, какие состояния были сделаны во время инфляционного бума, а также видели, что правительство имело власть предотвратить крах, поэтому многие люди готовы спекулировать на продолжении инфляционной тенденции. Некоторые проходят курсы по покупке недвижимости по «Руководствам для чайников».

Люди чувствуют себя богаче, чем когда-либо, доверие потребителей достигает новых максимумов, и большинство инвестиций направляется на удовлетворение этих различных и более высоких уровней потребления. Есть больше строительных компаний, больше больших домов, больше длинных обедов, чтобы отпраздновать.

Чем дольше это будет продолжаться и чем больше деловых циклов будет проходить экономика, тем больше люди будут убеждены, что правительство не только может, но и должно «управлять» процветанием.

Перекосы в экономике ужесточаются и устанавливаются. Все больше и больше капитала выделяется на деятельность, которая считалась бы глупой, если бы не государственная политика. Там, где когда-то это было несущественно, правительство в конечном итоге становится главной силой в экономике. Люди планируют свою жизнь вокруг того, что сделает или нет правительство.

Но экономика становится все более обремененной с каждым циклом деловой активности, поскольку накапливается все больше долгов. Когда позже наступила рецессия, бизнес оказался застрявшим с большим количеством запасного инвентаря и производственных мощностей и вынужден был уволить еще больше рабочих.

Более поздние рецессии обнаруживают, что и предприятия, и потребители глубоко увязли в долгах, не имея сбережений, которые стали бы экономической подушкой в трудные времена.

Если бы правительство прекратило игру в первый раз, экономика пережила бы лишь резкую, но кратковременную депрессию, как это было до Первой мировой войны.

Чем дольше продолжается этот процесс, тем более суровыми будут его последствия.

Через некоторое время люди начинают видеть и инфляцию, и рецессию одновременно.

Несмотря на наличие большего, чем когда-либо, количества роскошных автомобилей, домов и ресторанов, качество жизни для средних и низших классов населения падает, как и надежды на будущее.

Правительство поставило себя в положение водителя скоростного автомобиля с липким дросселем (sticky throttle). Если он ударит по тормозам, чтобы замедлить его, автомобиль будет вращаться; если он этого не сделает, автомобиль вылетит с дороги.

Конечно, водитель не хочет ни того, ни другого, поэтому он пытается быть аккуратным, придавливая тормоза, но отпуская их до того, как автомобиль начнёт вращаться. Поездка постепенно и неизбежно становится дикой и безумной.

Сначала до 10 миль в час, а затем обратно до 5 миль в час. Затем до 20 миль в час, и обратно до 10 миль в час. До 40 миль в час, с дефляционным спадом обратно до 30 миль в час.

В начале 70-х годов инфляционный форсаж поднял родстер до 100 миль в час, а рецессия 1974-1975 годов опустила его обратно до 75 миль в час.

Повторная стимуляция подняла его до 120 миль в час к 1980 году, и он нёсся по дороге, приводя пассажиров то в восторг, то в ужас. Теперь родстер (экономика) приближается к вращению на краю обрыва. Если он выживет, следующая эскалация будет до 160 миль в час и на горной дороге.

За пределами Санта-Моники

Если бы проблема была ограничена Народной Республикой Санта-Моника, небольшим местом, жители могли бы легко переехать в соседние районы, чтобы восстановить свою жизнь, и там было бы много внешних денег.

Но Соединенные Штаты — это крупнейшая экономика в мире, поэтому решение не будет таким простым.

Хуже того, доллар США является мировой резервной валютой; он составляет большую часть валютных резервов большинства других стран. То, что происходит с долларом, имеет прямое отношение к тому, что происходит с другими валютами. И то, что происходит с американской экономикой, имеет решающее значение для того, что происходит с любой другой экономикой в мире.

Если бы граждане США не могли покупать японские автомобили и электронику, у японцев была бы массовая безработица, а также реальный крах их экономики. Тогда они не смогли бы покупать товары, которые сейчас покупают в Соединенных Штатах, что приведет к еще большим проблемам . Ситуация могла и, вероятно, будет выходить из-под контроля.

Ситуация действительно намного хуже, чем на примере, представленном в рассказе о Санта-Монике. Было бы достаточно плохо, если бы правительство раздувало только за счет кредитования каждого счета. Это будет стимулировать деловой цикл, но не будет никаких особых бенефициаров.

Вместо этого правительство собирает деньги в долг. Он продает облигации населению. Федеральная резервная система чтит чеки от правительства, используемые для погашения облигаций, увеличивая резервный баланс вкладчиков, всё это выглядит как раздача покерных фишек.

Правительство занимает доллары и выплачивает долг фишками для покера, обменивая их на реальные богатства по номинальной стоимости.

Этот процесс истощает ресурсы частного сектора в интересах определённых групп. Правительство не станет распределять свои заёмные деньги поровну или даже случайно.

Его бенефициары получают федеральные гранты, кредиты и тендеры. Они могут потратить доллары, близкие к их старой стоимости, прежде чем деньги начнут просачиваться в наличное обращение, повышая цены.

Это группы, близкие к правительству: крупный бизнес, крупные лейбористы и истеблишмент в целом. Они различаются в мелочах личностями и идеями, но своими деньгами, риторикой и влиянием все горячо поддерживают систему такой, какая она есть.

Политика является важнейшим движущим механизмом этого процесса. Учитывая, что группы США, контролирующие политический процесс, имеют корыстную заинтересованность в сохранении статус-кво, проблематично ожидать от политики перемен.

Изменения, которые мы, вероятно, увидим, будут зависеть от того, победят ли силы инфляции или дефляции. Следовательно, это выбор не между процветанием и депрессией, а между инфляционной и дефляционной депрессией.

Примечание редактора: самый большой финансовый пузырь в истории человечества лопнул… и предстоящая финансовая волатильность будет непохожа ни на что, что мы когда-либо видели раньше.

Это будет все более опасное время для пенсионеров, вкладчиков и инвесторов.

Дуглас Кейси, американский писатель

Сейчас читают

Поддержать проект
Архивы