Президент Александр Лукашенко сумел полностью сохранить суверенитет Белоруссии после распада СССР, создав нечто вроде европейской Северной Кореи. С его падением не станет и этой независимости.

Белорусский лидер Александр Лукашенко, прозванный последним диктатором Европы, возможно, приближается к финалу своего правления, которое длилось непрерывно с 1994 года. Пока что, несмотря на гигантские оппозиционные митинги и забастовки на предприятиях, Лукашенко держится непреклонно — похоже, не намерен уходить и готов драться до конца, — но, учитывая масштабы протестов, его уход кажется почти неизбежным. Если у него и остаётся надежда, то на Москву, которая могла бы поддержать его осыпающуюся власть военной силой и деньгами.

На выходных Лукашенко дважды беседовал с Владимиром Путиным, и российский президент туманно пообещал «необходимое содействие». Что на уме у Путина, никто не знает. Российский лидер неоднократно демонстрировал своё умение преподносить стратегические сюрпризы (самые яркие примеры — Крым и Сирия), но сомнительно, что Путин прямо вмешается в белорусскую ситуацию, чтобы спасти Лукашенко. Многие воспринимают их как двух авторитаристов, товарищей по духу, но отношения у Владимира Владимировича с Александром Григорьевичем очень непростые, если вспомнить, как долго последний изменял обязательствам провести
более тесную интеграцию Белоруссии с Россией. А переброска российских войск в
Белоруссию сопряжена для Кремля с самыми разными рисками — от крупных западных санкций и перспектив антироссийского мятежа в Белоруссии до негативной реакции в самой России.

Если Путин сейчас не вступит в игру, для Лукашенко игра в скором времени будет окончена. Но есть один нюанс, который, похоже, мало кто замечает среди эйфории по поводу близкого падения жестокого диктатора. В тот момент, когда уйдёт Лукашенко, рискует завершиться и история белорусского государства как суверенной единицы. Потому что именно он и вылепил это государство среди постсоветской неразберихи. Именно при Лукашенко у Белоруссии впервые в современной истории сформировалась полноценная государственность, пусть и с оттенком деспотизма.

Благодаря его жёсткому правлению страна избежала судьбы таких бывших соседей по СССР, как Украина, Молдавия и Грузия, которые лишились кусков своей территории и столкнулись с затяжными периодами хаоса и войны.

В каком-то смысле лукашенковская Белоруссия — это европейская Северная Корея, относительно небольшая и бедная страна, но при этом полностью суверенное государство, построенное с нуля в трудном геополитическом окружении. Уберите династию Ким — и, скорее всего, Северная Корея рухнет. Уничтожьте режим Лукашенко — и Белоруссия в лучшем случае останется с чисто номинальным суверенитетом, как большинство европейских государств, которые де-юре суверенны, а де-факто представляют собой чуть больше, чем автономные провинции империи, управление которой осуществляется из Вашингтона, Брюсселя и Лондона — реальных центров власти. В мире наберётся лишь горстка стран, которые обладают фактическим, а не титулярным суверенитетом. Преимущественно это великие державы, такие как США, Россия и Китай, но есть и страны меньшего размера вроде Израиля, Ирана и Северной Кореи. Место в этом клубе нашлось и для Белоруссии — благодаря дипломатической изворотливости, меркантилистской экономической политике и железному кулаку Александра Лукашенко. Более четверти века он успешно противостоял попыткам как Запада, так и Москвы «интегрировать» Белоруссию, что по сути означало бы утрату страной независимости. Проблема, конечно, в том, что персоналистский режим Лукашенко от белорусского государства неотделим. Они — единый организм, спроектированный и выращенный одним и тем же человеком.

Вероятнее всего, что после заката лукашенковского режима Белоруссию поглотит «Европа», где Варшава будет выступать для Минска в роли старшего брата и опекуна. Менее вероятно ей будет попасть в сферу влияния путинской России, чему Лукашенко всегда сопротивлялся, хотя и постоянно апеллировал к «братским» связям с Москвой. Русский остаётся в Белоруссии преобладающим языком (на нём обращаются к нации и Лукашенко, и лидер оппозиции Светлана Тихановская), но импульс будет идти на сближение с Европой и отдаление от России. Базовая причина проста: уровень жизни по ту сторону границ — западной и восточной (в Польше и Смоленской области) — белорусам известен, и сравнение — не в пользу России.

Когда в 1994 году белорусы избрали Александра Лукашенко президентом, они сделали выбор, возможность отменить который появилась у них только в 2020-м. Если они распрощаются с Лукашенко, демонтируют его государство и присоединятся к Европе, они — хорошо это или плохо — сделают выбор, который им, возможно, уже никогда не удастся изменить.

Сейчас читают

Поддержать проект
Архивы