О том, зачем исламистов в Сирии поддерживают Запад, Турция, Саудовская Аравия и Катар, каковы причины желания низложить Башара Асада, реальна ли угроза того, что беженцы перекроят религиозную карту Европы, в интервью корреспонденту «Интерфакс-Религия» Елене Веревкиной рассказал президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский.

Сатановский— Ислам на Ближнем Востоке стал инструментом в большой геополитической игре. Зачем Запад и Турция поддерживают исламистов в Сирии?

— Обычная политическая раскладка. В данном случае нам надо говорить о разнонаправленных действиях. В Сирии исламистов поддерживает не только Турция, но еще Катар и Саудовская Аравия. Каждый в своих целях.

Катару и саудовцам нужен халифат, чтобы потом разобраться, кто там главный, Турции нужна новая Оттоманская порта, естественным центром которого должна стать религия. Эрдоган — человек религиозный, и турецкий ислам, ислам в его турецком варианте и есть тот стержень, вокруг которого он строит свою империю.

Запад в данном случае играет роль клинического идиота, наступающего десятилетие за десятилетием на одни и те же грабли. Со времен афганской войны, когда саудовцы продали Вашингтону идею о том, что надо ставить на исламистов, и ЦРУ, и Пентагон так на исламистов и ставят. Они получают в ответ 11 сентября, бостонский теракт, «Аль-Каиду» и много чего другого, вот сейчас — «Исламское государство» (организация, запрещенная в РФ — «ИФ»). Но они продолжают ставить на исламистов, полагая их единственной серьезной силой, которая будет захватывать власть, расширять ее и, соответственно, заслуживать поддержки как сила доминирующая. Соответственно, есть интересанты первого ряда (Саудовская Аравия, Катар и Турция) и интересанты второго ряда — западные государства, которые полагают, что, опершись на исламистов, они найдут себе счастье.

— Что касается Турции, Катара, саудитов, религиозная мотивация доминирует над газовыми интересами?

— Это всегда перемешано, не бывает одного без другого. Экономическое процветание Турции при Эрдогане сменилось экономическим процветанием вместе с пантюркизмом, так называемым мягким исламом, поддержкой «Братьев-мусульман» и «Исламского государства». Саудовские нефтяные и катарские газовые проекты сильнейшим образом перемешаны с распространением салафитского ислама. Так было, есть и будет.

— Каковы причины желания низложить Башара Асада?

— Во-первых, кровная месть, а это серьезный фактор. Роль личности в истории. Как в свое время говорил известный римский политический деятель Катон Африканский, Карфаген должен быть разрушен, и Карфаген таки разрушен. Во-вторых, Асад олицетворяет светское государство. Светское арабское государство для этих стран неприемлемо. Оно должно быть уничтожено. И в-третьих, Асад является алавитом, еретиком, для Саудовской Аравии и Катара абсолютно неприемлемым и подлежащим уничтожению. Но, кстати говоря, и Турция говорила о том, что геноцид алавитов в ХIX веке есть вещь для них стандартная. Алавиты в ХIX веке в Турецкой империи чуть не были уничтожены. В Турции геноцидов-то было море: был геноцид понтийских греков, был геноцид христиан в ХIX веке во времена тосканских войн, был геноцид алавитов… О чем мы говорим, это же Турция!

— Какие интересы преследуют страны Персидского залива, к примеру Иран, в Сирии? Можно ли утверждать, что основная причина происходящего — в больших деньгах, связанных с газовыми проектами?

— Иран — это шиитское государство, там вертикаль власти шиитская. Соответственно, Сирия является серьезнейшим союзником Ирана в регионе в его противостоянии с Саудовской Аравией, салафитами — такфиристами, как они называют салафитов. Во-вторых, это естественный мост — экономический, политический, военный — к Средиземноморскому побережью. И в этом плане ключевая страна для Ирана — именно Сирия.

— Какова роль суннитско-шиитского фактора в сирийском конфликте?

— Роль религиозного фактора очень велика. Суннито-шиитское противостояние — если конкретнее, ирано-саудовское в первую очередь — это проблема номер один, да, разумеется.

— Можно ли сказать, что будущее Сирии во многом зависит от того, насколько правильно будут выстроены межрелигиозные отношения в стране?

— Это зависит от массы факторов. От того насколько власть в лице президента Асада и его группы сможет выстроить отношения с суннитами, с курдами, что не есть религиозный фактор. С курдами у арабов война по этническому принципу, то есть со всеми этими этноконфессиональными группами. Здесь нельзя отрезать одно от другого. Это как вопрос к человеку: вы православный или русский? Как на него ответить? Да никак. Нельзя брать религиозный фактор без этнического.

— Насколько реальна угроза того, что беженцы превратят Европу в часть исламского мира?

— Европа — это уже давно часть исламского мира. С точки зрения Эрдогана, Европа слишком запоздала становиться той частью исламского мира, которой он считает нужным ее видеть. Поэтому он ее радикально исламизирует. За последний год большая часть исламистов, которые попали в Европу, беженцев из Африки и Ближнего Востока, пришли туда через Турцию при активном влиянии турецкой мафии, которая каналы переброса этих людей собой заполнила, турецкой армии, которая вытесняла их на греческие острова, и турецких спецслужб, которые всячески помогали армии и турецким мафиози.

— Как уберечь Европу от новых терактов?

— Очень легко: начать работать силовикам и политикам так, как это нужно, а не так, как они думают, что этого достаточно. Если вас беспокоит мусор на дорожке — подметите ее, если беспокоит грязная посуда — помойте ее, если беспокоят радикальные исламисты — начните работать с ними так, как это нужно, с той степенью жесткости и профессионализма, как это необходимо.

comments powered by HyperComments
Андрей Фурсов: Украины не будет