У Европейского союза велики шансы стать эпицентром глобальной депрессии, угроза которой либо минует в ближайшие месяцы вместе с завершением пандемии и карантина, либо накроет весь честной мир.

Количество отраслей, оказавшихся под давлением обстоятельств стремительно растет. Впрочем, этому в немалой степени способствуют европейские правительства, значительно углубляя яму, в которой завтра могут проснуться многие страны.

Еще в начале марта власти большинства европейских стран начали вводить различные ограничительные меры, которые на сегодняшний день фактически полностью свели на нет привычную экономическую и социальную жизнь. В частности, были введены ограничения на передвижение и закрылись всевозможные общественные заведения. В течении пары недель была остановлена деятельность всей сферы услуг, кроме онлайн сегмента. Затем карантин начал распространятся и на прочие отрасли и сферы, не занятые производством жизненно важной продукции. В середине месяца спешно начали закрываться европейские автомобильные заводы. Французская PSA Group, выпускающая автомобили Peugeot, Citroen и DS, приостановила работу своих заводов во Франции, Испании, Португалии и Словакии. Аналогично поступила и компания Renault. В Италии группа Fiat Chrysler Automobiles приостановила деятельность всех итальянских подразделений. На производственной паузе оказались и люксовые европейские бренды – Porsche, Ferrari, Lamborghini. В Германии были остановлены предприятия Opel и Volkswagen, а также их филиалы в странах Восточной Европы.

В наиболее жестком варианте ограничительные меры были реализованы в Испании и Италии, в каждой из которых вирус уже превзошел китайские масштабы. В Италии, начиная со второй половины марта на карантине оказались порядка 70% компаний. Правительство Джузеппе Конте приняло простое решение – если вирус распространяется контактным путем, значит следует прекратить любые контакты. В результате чего, всем промышленным предприятиям, не связанным с жизненно важной инфраструктурой, было предписано остановить производство, распустив персонал по домам.

Под ударом оказались и металлургические комбинаты, которые уже вывели из строя часть производственных мощностей. В итальянской Ломбардии закрылись два металлургических завода – Alfa Acciai и Ferriera Valsabbia. Остановлено производство на двух домнах одного из крупнейших предприятий отрасли ILVA в городе Таранто. При этом 50% персонала отправили в неоплачиваемый отпуск. Схожая ситуация в других странах ЕС. В Германии остановлены металлургические предприятия Bottrop и Eisenhuttenstadt. На тихий ход переведено производство комбинатов Fos-sur-Mer и Dunkirk во Франции. В Испании остановлен электросталеплавильный завод Sestao. Следом за падением производства компании готовятся к масштабным сокращениям. В частности, флагман немецкой металлургии Thyssenkrupp намеревается уволить до 3 тысяч рабочих. Ходят слухи о грядущих сокращениях в австрийском металлургическом гиганте Voestalpine. Под угрозой увольнения оказалось более 30 тысяч рабочих в уже не европейской металлургии Великобритании.

Одна из объективных причин, по которой собственники активов идут на сокращение производства, не сильно сопротивляясь, — падение спроса. Из-за карантина в Европе резко упал спрос на автомобили, что, в свою очередь, отправляет негативный сигнал по всей производственной цепочке – у металлургов, к примеру, снижаются заказы на выпуск автомобильного листа и прочих металлических изделий для автопрома. Аналогичная история с прекращением строительства, что также снижает спрос на металлы. И как следствие, отрасль приостанавливает производство. Падение потребительских расходов из-за пандемии и карантина попросту начинает отключать экономику – звено за звеном, от сферы услуг до различных предприятий промышленности.

В текущей обстановке власти европейских стран, да и не только, продолжают усиливать карантин в тех сферах, где это еще можно сделать, а также готовятся к продлению мер. Ведь по итогам первого месяца волна заболеваний и летальных исходов едва ли демонстрирует признаки спада. С одной стороны, текущая политика тотальной изоляции не имеет очевидных альтернатив. Но, с другой стороны, это едва ли означает, что власти, поставившие на паузу экономическую жизнь, могут с чистой совестью развести руками, кивая на форс-мажорную природу происходящего. Потому что тот стресс, который уже сейчас зреет в парализованной европейской, да и в целом в мировой экономике, вскоре может выплеснуться в масштабный кризис, последствия которого будут страшнее любой эпидемии.

Чтобы избежать этого сценария, никак нельзя допускать остановки производственного конвейера. И это касается не только Европейского союза, но всех стран мира.

Для этого нужно делать все возможное: сформировать госзаказ на продукцию металлургии и складировать невостребованные рынком металлы на государственных складах. Производить ту продукцию, которая востребована в условиях «вирусного апокалипсиса» — будь то сварные металлоконструкции для мобильных госпиталей и прочих объектов временной инфраструктуры, или уличные заграждения, чтобы граждане соблюдали рекомендованную медиками дистанцию. Автопром также мог бы получить госзаказ, как на всевозможную спецтехнику, так и на обычные автомобили. Для легкой промышленности и без выдумок поле деятельности гигантское – пошив различной спецодежды, защитных масок и тому подобной продукции. Подобные конверсионные маневры можно придумать для всех прочих сфер. Вопрос безопасности производства тоже решаемый. Если говорить об автозаводах или металлургических комбинатах, то подобное производство едва ли предполагает скопления большого количества людей в одном месте. Не говоря уже о том, что сталелитейных цех с его температурами и вовсе не понравится вирусу. Наконец, оказать помощь в поддержании производства могла бы армия. Бравая европейская армия – одна из самых дорогих в мире – могла бы сейчас доказать, что способна не только отгонять беженцев от границ и участвовать в чужих военных конфликтах, но и, наконец, подставить плечо своему народу.

Сохранение производственной активности позволит спасти рабочие места, люди получат зарплату, зарплаты будут потрачены на приобретение товаров и услуг и круговорот денег в экономике окажется хоть как-то поддержан. Таким образом опасность затяжного кризиса будет снижена.

Однако власти ЕС пока едва ли намерены прибегать к столь экзотическим для рыночной экономики мерам. Причем не только в силу политических причин, но и потому, что подобные инструменты мобилизационной экономики не применялись на практике со времен Второй мировой войны и являются экспонатом давно забытой музейной экспозиции. Вместо этого, Евросоюз принял решение лечить экономические раны теми же методами, что и в кризис 2008 года. А это большая ошибка. Европейский центробанк утвердил пакет стимулирующих мер, которые направлены на поддержание ликвидности в банковском и финансовом секторе. Как и в прошлый кризис, власти будут скупать обесценивающиеся финансовые активы и обеспечивать банки дешевыми кредитами. Однако печатный станок едва ли поможет, если исчезают не только деньги, но и различные товары и услуги.

Между тем, разрывы товарно-денежного цикла уже дают о себе знать. В той же Италии изолированные граждане оказались без средств к существованию, угрожая бунтами и разграблением продовольственных магазинов. Из-за карантина растет социальное напряжение во Франции, где и без текущих проблем с 2018 года стабильно протестуют «желтые жилеты». А подобная активизация граждан в условиях карантина сводит на нет всю медицинскую работу по локализации вируса. Не говоря уже о всех возможных последствиях социального взрыва. В долгосрочной перспективе европейскую экономику может накрыть волна массовых банкротств и неплатежей. При таком сценарии у властей едва ли хватит ресурсов, чтобы удержать падение экономики и обеспечить выплату социальных пособий, не говоря о всех прочих расходах бюджета. Печатный станок потеряет какую-либо ценность, а вместе с ним и вся зона евро.

И тогда разваливающийся ЕС возможно станет главным эпицентром грядущего глобального кризиса. А это плохо для всех. Для России это чревато утратой ключевого экспортного рынка. Не сможет восстановится экономика Китая, также принципиально зависимая от европейского рынка. Потеряет важнейшую точку опоры глобальная вся финансовая и долларовая система. При таком раскладе вся мировая экономика будет весьма долго и мучительно восстанавливаться. Но такова цена ее выключения на несколько месяцев. Любой ценой этого нельзя допускать.

Впрочем, есть и позитивный сценарий, не предполагающий никаких серьезных действий от европейских и прочих властей: коронавирус в ближайший месяц отступает сам и общество возвращается к полноценной жизни, нагоняя упущенное и оставляя позади ужасы карантинной экономики.

Сейчас читают

Поддержать проект
Архивы