Всем уже понятно, что существующая партийная система себя полностью изжила и не в состоянии отвечать требованиям как избирателей, так и элит. Власть не в силах победить искушение раз за разом продавливать нужный результат при старой партийной структуре, прибегнув к  политтехнологиям и административному ресурсу, однако всё больше такой подход даёт сбои, не разрешая старые конфликты, а добавляя к ним новые. Неадекватность партийно-политической системы в России всё больше становится главной угрозой национальной безопасности, генерируя каскады новых проблем и кризисов.

Существующая партийная система создавалась под общество начала нулевых, наскоро, слепив каркас политической системы из того, что было. А то, что было, представляло собой упадочные и разложившиеся элиты конца девяностых, успевшие поучаствовать в развале СССР и чубайсовской приватизации, захватив бывшую госсобственность, но не сумев создать устойчивую систему её защиты и функционирования.

Весь этот политический сброд вперемешку с криминалом и маргиналитетом надо было срочно как-то собрать и привести к единому знаменателю, что и было сделано после того, как Путин вошёл во власть и обрёл в ней первую устойчивость.

За 25 лет общество и среда, в которой оно живёт, радикально изменились. Не изменилась лишь форма организации элиты, оставшись архаичной и потерявшей адекватность, и потому деструктивно влияющей на содержание политического процесса. Игнорировать растущий кризис легитимности всех без исключения парламентских партий становится всё более дорогим удовольствием.

Однако власть опять демонстрирует желание принимать не те решения, которые дадут политической системе адекватность, а те, которые создадут иллюзию обновления и сохранят иллюзию контроля над настроениями общества. Иллюзия – ничем иным объяснить приоритеты власти в планируемом облике партийной системы нельзя.

Вместо ответа на запросы избирателей, власть стремится создать новую версию удобной, прежде всего, для себя партийной системы. То, что в таком случае очень скоро страна опять столкнётся с массовыми социальными конфликтами, заботой проектировщиков не является.

Российская Федерация современности – это постсоветское общество с сильнейшими остаточными влияниями советской социалистической ментальности. Это видно по тому, что главной проблемой общество считает нарушение социальной справедливости.  Общество так и не приняло приватизацию. Крупная частная собственность в России продолжает считаться воровской и потому пребывает во вроде бы легальном, но морально нелегитимном состоянии.

То есть, массовый запрос на социалистическую повестку остаётся главенствующим. При этом власть, согласно, правда, неофициальным утечкам из претендующих на владение инсайдом источников, пытается рассматривать создание консервативной и либеральной партий, созданных на основе нынешней Единой России. И хотя пока эти проекты отложены в сторону, к ним вернутся в более походящее время.

Мало того, что всё, что было в «Единой России», не способно создавать эффективных политических  партий, но и их профиль определён на основании фантазий кабинетных стратегов. Политтехнологи, кладущие на стол власти свои проекты партийной реформы, предлагают в социалистическом на 80% обществе создать консервативную и либеральную партии, оставив там дефективную и давно скомпрометировавшую себя КПРФ для продолжения окучивания левого электората.  

Никакой значительной социальной базы в российском обществе для либералов нет, но есть колоссальная база для социал-демократов и консерваторов. Именно они способны работать на стыке классовых интересов в обществе с левыми традициями и многоукладной экономикой. Но именно эта ниша по каким-то причинам и не заполняется.

Либералы же и вовсе воспринимаются массой как политические недобитки, непонятно почему всё ещё существующие в среде, которая их люто ненавидит. Либерализм – это ценности антипатриотической и компрадорской буржуазии, двух её крыльев. Тогда как российское общество содержит огромный левый и левоцентристский компонент – класс наёмного труда, всё больше ностальгирующий по СССР и абсолютно нигде не находящий выразителей своих интересов. Ведь нельзя назвать левыми КПРФ и СР, эти ненавидимые избирателем симулякры, за которые голосуют лишь для того, чтобы побольше насолить ЕР. 

Но власть боится социал-демократии как огня, полностью исключив из дискурса этот термин и подсовывая вместо него протухших «коммунистов» имени Зюганова и оппортунистов имени Миронова. Нас на голубом глазу уверяют, что консерваторы – это как раз то, что соответствует массовому запросу на стабильность.

Где авторы этого проекта увидели эту массу? Из кого она состоит? Даже средний класс уже не хочет консервировать стабильность, в которой он устойчиво разоряется и нищает. Что же говорить о различном городском и сельском пролетариате и деклассированной интеллигенции?

Именно эти социальные группы составляют массу уличных протестов, за перехват управления которыми воюют друг с другом Навальный и Ходорковский. Ни мелкой и средней буржуазии, ни пролетариату, ни межклассовой прослойке интеллигенции консерватизм и либерализм не нужны, так как совершенно не защищают их права и не несут им улучшения положения.

Напротив, они укрепляют их эксплуатацию и обнищание, гарантируя опускание на социальное дно. То, что нужно нынешним массам – это цивилизованная и крепкая социал-демократия, способная защитить их от произвола правых сил – крупной буржуазии, коррумпированного чиновничества и союзной им клерикальной церковной бюрократии.

Но нет такой партии на политическом рынке, и не планируется её появление. Вместо этого электорату подсовывают гнилое «Яблоко», какие-то новые либеральные проекты из останков «Единой России», которые будут отстаивать лишь социальный дарвинизм под видом свободы, несущий массам разорение и социальную смерть. А консерваторы будут освящать всё это церковным крестом и стремиться закрепить навеки как якобы нашу исконную традицию.

Самым правильным решением было бы создать в России трёхпартийную систему из социал-демократов, консерваторов и либералов. Однако ясно, что в российских реалиях социал-демократы будут крупнейшей партией, поставив на второе место консерваторов и превратив либералов в мелкую фракцию. Именно потому крупный капитал и его политическая обслуга ни за что не хотят допускать такой ситуации и даже произносить вслух слово «социал-демократия».

Хотя невозможно себе представить европейские политические системы без социал-демократических партий – даже таких прогнивших и сдавшихся либералам, как те, что входят в Социнтерн. Они – сломанный  стабилизатор, но у нас и вовсе нет никакого. Строить политическую систему на двух правых партиях и маргинализированной псевдолевой карикатурной КПРФ – это закладывать под будущее России огромную бомбу замедленного действия. И вот по какой причине.

Такая партийная система потребует колоссальных вложений в манипулятивные политтехнологии, чтобы удерживать в повиновении нищающие массы. Это повлечёт усиление коррумпированности правящего класса и всего политического пространства. Выдавать консерваторов за радетелей  пролетариата и мелкой буржуазии – это привлекать к массовой манипуляции СМИ, разлагая их деньгами и правом извлекать прибыль из оболванивания общества. Точно можно сказать, что такая искажённая по мотивациям социальная система не даст ни экономического подъёма, ни социальной устойчивости.

Все старые проблемы сохранятся, и к ним прибавятся новые. Ни роста экономики, ни защиты суверенитета разложенные ложью и эгоизмом общественные институты обеспечить не смогут, но обеспечат эрозию морали и дальнейшее разложение, как было при поздней КПСС. Создание неадекватной запросам общества политической структуры просто нерационально. Однако такая повестка ближе приватизировавшим страну элитам, и потому они хотят косметическими мерами закрасить трещины не только на фасаде своей политической системы, но и в ее фундаменте, думая, что это поможет всему зданию простоять ещё долгие десятилетия.

Это опасная иллюзия. Нельзя в исторически левом обществе все силы направлять на создание ассортимента правых партий и полностью насильно маргинализировать левую повестку. Да, не нашедшие себе адекватного представительства социальные слои массово уйдут под крыло либеральных радикалов, они усилят пассионарность, но никогда не примут чуждые институты.

Создавать в нынешней России симбиоз из консерваторов и либералов, копируя систему США – это всё равно, что создавать в Афганистане Народно-демократическую партию Афганистана на социалистической основе. С 1978 по 1992 год НДПА жила под защитой советских штыков, но едва мы ушли из Афганистана, партию растерзали исламисты при поддержке населения. То же самое ждёт наших либералов в случае краха созданной в России усилиями США либеральной модели. 

Игнорирование левого политического течения в исторически левой стране и искусственное навязывание близкого только правящим кругам правого уклона чревато сохранением базы социального конфликта и серьёзными потрясениями, грозящими сорвать все планы по возвращению России на мировую арену в качестве могучего и суверенного государства.

Россия не может быть ни либеральной, ни буржуазно-консервативной – у нас не та история и не тот народ. Жалко лишь, что некоторые истины усваиваются после огромного количества допущенных ошибок и потерянного времени.

Страна выстрадала социал-демократию, свободную от радикальных заносов как влево, так и вправо. Время социал-демократии ещё придёт, когда банкротством закончатся все попытки либералов и консерваторов решить проблемы экономического развития и сохранить при этом социальные гарантии для выживания населения. Либерализм и Россия несовместимы, а то, что стоит законсервировать, создать могут только социалисты. Никакие другие силы достигнуть долгосрочного социального согласия без насилия и обмана не способны.

Сейчас читают

Архивы