Крупнейший банк России всё туже завязывает на своей (а значит, и нашей) шее удавку сотрудничества с компанией Microsoft.

Почему Microsoft?

Сбербанк России проводит рекордную закупку программного обеспечения Microsoft – на эти цели выделено 6 402 226 749,41 рубля. Форма аукциона – сугубо закрытая, «адресный запрос котировок в электронной форме (среди определённого круга участников)». Состав закупки – сугубо закрытый: «В связи с конфиденциальностью требований к предмету закупки, Извещение полные текст проекта Договоров будут предоставляться по запросу Участника, получившего адресное приглашение» (да, я уже не раз указывал, что у «Сбера» нет денег на корректоров). Закупаются три позиции программного обеспечения, и две – информационных услуг, по одной из которых понятно, что она основана на использовании облачной платформы Azure. Остальные данные неизвестны.

Государственный банк в обстановке повышенной секретности углубляет сотрудничество с мировым IT-гигантом, безусловно находящимся под отеческой опекой американского правительства. Тайнопись соглашения объяснена тем, что закупка «влияет на ИТ-стратегию развития инфраструктуры банка» – словно Сбербанку кто-нибудь или что-нибудь в России может помешать развиваться в какую угодно сторону.

Конечно, выбор Microsoft как основного западного IT-партнёра можно назвать довольно тонким. В отличие от ряда других широко известных компаний, детище Билла Гейтса не вляпалось в скандалы с цензурой (отчасти потому, что доля поисковика Bing в России крайне мала, так что фильтрацию выдачи результатов просто никто не заметит), оно сотрудничает с Россией на уровне государства, поставляет бесплатные или крайне дешёвые программные решения в учебные учреждения. Весьма достойную позицию заняла Microsoft в знаменитом «деле Поносова» – российское подразделение во главе с печально известной Ольгой Дергуновой пыталось как-то «топить» директора школы, в которой обнаружили контрафактные программы (кто не был грешен в те годы?), но из Америки поступил ясный сигнал – отказаться от претензий.

Тем не менее компания находится в американской юрисдикции, а её самый крупный акционер придерживается весьма экстравагантных взглядов на будущее человечества. Эти два фактора Сбербанк то ли не принимает в расчёт, то ли считает их дополнительными плюсами к и без того приятному сотрудничеству.

Ни о каком равноправном партнёрстве говорить, однако, не приходится. Пандемия коронавируса раздула капитализацию Microsoft до чудовищных 1,66 трлн долларов – больше ВВП всей России. Сбербанк же стоит менее 60 млрд долларов, причём с начала октября наша компания «похудела» более чем на 10%.

Партнёры навсегда

История любви Сбербанка и Microsoft тянется с 2012 года, когда было объявлено о переводе всех сотрудников на Windows 8. Так себе идея, учитывая, что операционная система оказалась не слишком удачной. В 2013 году внедрена майкрософтовская поддержка управления рабочими местами, в 2014-м закуплены услуги премьер-поддержки Microsoft, в 2015-м внедрена система управления цифровыми активами на основе SharePoint Server, в 2016-м определены единственные поставщики лицензий и поддержки MS – соответственно «Инсайт Технолоджи Солюшнс» и «Майкрософт Рус». Если со второй всё понятно – российская дочка редмондского гиганта, то первая через пару слоёв учредителей является швейцарской компанией, хотя лицензии Microsoft продают и российские поставщики.

Посредники при покупке западных лицензий неизбежны – по нелепому в данном случае правилу госкомпания должна покупать продукт только у российских поставщиков. Впрочем, «Майкрософту» с недавних пор запрещено напрямую торговать в России и в розницу: так, ранее я оплачивал офисный пакет прямо на сайте редмондского гиганта, теперь – в одном из российских онлайн-магазинов.

В 2017 году Сбербанк провозгласил опору на сервисы Microsoft: «По модели ежемесячной подписки корпоративным клиентам банка станут доступны привычные офисные приложения (Excel, Word, Outlook и др.), продвинутые средства коммуникации и совместной работы, а также инструменты, позволяющие автоматизировать обычные бизнес-процессы небольших компаний сферы услуг… 1,4 млн наших корпоративных пользователей получат необходимые инструменты для повышения продуктивности, упрощения бизнес-процессов и управления организацией на выгодных условиях». Не очень ясно, что мешало пользователям и без Сбербанка пользоваться всеми этими продуктами. Зато, зная нехитрую бизнес-модель «Сбера», несложно понять, что щедрые офисные предложения от банка постепенно могут стать непременным условием сотрудничества.

Тогда же был поставлен внушительный рекорд – закупка лицензий на 3,98 млрд рублей. Осуществляли её через систему государственных закупок, где победила «Энвижн груп», входящая в структуры «АФК Система».

В 2019 году мы видим новый шаг: Сбербанк и Microsoft запускают программу совместных исследований в области ИИ и робототехники. Не стоит напоминать взгляды духовного лидера американской компании Билла Гейтса на развитие и предназначение искусственного интеллекта – они существенным образом различаются с национальными приоритетами нынешней России. Но Герман Греф настроен крайне позитивно:

Мы гордимся тем, что корпорация Microsoft выбрала нас для проведения совместных исследований. Это говорит о высоком уровне доверия, сложившемся между нашими компаниями, и высоком потенциале наших исследователей. Уверен, что проект станет началом успешного сотрудничества и в других областях исследований Сбербанка, принесёт ощутимый результат обеим сторонам.

В ожидании удара

И вот теперь – новая сверхкрупная закупка на 6,4 млрд рублей, отчасти продление лицензий трёхлетней давности. На потраченные деньги, возможно, Россия смогла бы создать собственные программные продукты, но вместо этого она исправно кормит Запад. Сбербанк же полностью игнорирует распоряжения правительства о приоритете отечественного программного обеспечения: безусловно, аналогов продукции Microsoft у нас просто нет, но почему мы вкладываемся в финансирование разработок, которые могут быть использованы против нас?

В частности, встаёт вопрос о национальной безопасности, ведь никто в России толком не знает, что «зашито» в продуктах Microsoft. Эта компания известна своим принципиальным подходом к продукту: исходный код должен быть закрыт! Тут и защита авторских прав, и защита от хакеров (хотя многие считают, что открытое ПО защищено лучше, так как уязвимости там легче обнаружить), и – не исключено – скрытая интеграция недокументированных систем контроля пользователя.

Несложно предположить, что в Редмонде благодаря сотрудничеству со Сбербанком есть довольно полный цифровой портрет сотни миллионов российских граждан. А «зелёный банк», напомним, с нездоровой активностью собирает и биометрию – никто не может быть уверенным, что она, вопреки законам о защите личных данных, не утекает за рубеж.

Мы знаем, что Microsoft умеет удалённо блокировать компьютеры под управлением Windows, – представьте, что произойдёт, если после очередного витка санкций она по распоряжению правительства США заблокирует работу «Сбера». Мгновенный финансовый коллапс, отсутствие денег у населения, грабежи магазинов, уличные бунты. Потому что всесильный монстр закупает западное ПО вместо разработки собственных аналогов.

Будь Сбербанк обычной финансовой организацией с несколькими процентами рынка, его деятельность не играла бы такой социальной роли, но он сам поставил себя в положение, при котором его шаги приходится рассматривать под микроскопом. И картина под этим микроскопом вырисовывается крайне неприятная.

Сейчас читают

Поддержать проект
Архивы