У собак бывают блохи, у китов — рыбы-прилипалы, у этой страницы тоже есть парочка. На них не обижаются, к ним привыкли, за ними интересно наблюдать, без них даже становится скучно.Конcтантин Сёмин

И всё же мифы, которыми питаются прилипалы, следует показательно препарировать — по одному. Так палец за пальцем разжимается судорожная хватка мракобеса. Рано или поздно он приземлится на зад и начнет-таки думать противоположным местом.
.
Сегодня поговорим об одной из главных (в представлении паразита) химер марксизма — о равенстве и уравниловке. Паразиту чудится, что большевики своими декретами упразднили расовое, половое, интеллектуальное разнообразие. «Женщины должны быть общими». «Профессору надо платить, как грузчику.»
Чтобы не тратить время, предоставим возможность высказаться в свою защиту самим товарищам Марксу и Энгельсу.
.
Маркс: «Люди не были бы различными индивидами, если бы не были неравными».
.
Энгельс: «Представление о социалистическом обществе, как о царстве равенства, есть одностороннее французское представление, связанное со старым лозунгом «свободы, равенства и братства», — представление, которое как определенная с т у п е н ь р а з в и т и я было правомерно в своё время и на своём месте, но которое, подобно всем односторонностям прежних социалистических школ, теперь должно быть преодолено, так как оно вносит только путаницу и так как теперь найдены более точные способы изложения данного вопроса».
.
Какой же способ «изложения данного вопроса» предлагали Маркс, Энгельс и прочие «большевички»? Оказывается, «большевички» имели в виду в первую очередь равенство в реализации способностей и удовлетворении потребностей. Причем каждый из них подчеркивал: пока не наступил коммунизм (а на это, как известно, уйдёт ещё лет 100500), социалистическое равенство должно описываться следующей формулой:
.
«От каждого по способностям. Каждому — ПО ТРУДУ».
.
То есть, оказывается, «большевички-то» имели в виду равенство в ТРУДЕ. Иными словами, в возможности трудиться на благо общества и получать адекватное своему труду вознаграждение. Именно в такой редакции этот тезис вошел в советские конституции 1936 и 1977 годов. Можно сформулировать и попроще:
.
«Кто не работает, тот не ест».
.
Именно этот идеологический стержень в начале 1990-х и был выкорчеван мелкобуржуазной, рэкетирско-кооператорской, опьяненной национализмом толпой. Общим лозунгом новых, откатившейся в своем развитии на 100-200 лет, «независимых» государств стало анекдотическое, хорошо знакомое нам по фильмам Гайдая:
.
«Кто не работает, ТОТ ЕСТ. Учись, студент!»
.
Да и вообще ведь всю классовую метаморфозу 90-х легко проиллюстрировать кадрами из популярных советских фильмов. Антигерои режиссёра Гайдая стали героями реформатора Гайдара. Хозяевами жизни оказались и хулиган Федя, и смешные братки Трус-Балбес-Бывалый, и аферист Геша, и вышибала Лёлик, и невиноватая Анна Сергевна, и любвеобильный товарищ Саахов и, конечно же, лояльный советской власти, неуловимый для органов Шеф.
.
Вот под каким руководством предстояло прожить следующие 25 лет наивному интеллигенту Шурику или старшему экономисту института Гипрорыба Семёну Семёновичу Горбункову. Спрашивается, можно ли освободить Семена Семёновича, «снять гипс», не причинив страданий «клиенту»? Можно ли обойтись без ломки этого мещанского стержня, у которого — словно в стрип-клубе — столько лет крутится вся страна?
.
Есть подозрение, что нельзя. И ломать, как каждый из нас подсознательно понимает, рано или поздно придется. «А может, не надо?» — заверещит очередной заполошный дурак. Но кто-нибудь из родных, друзей или просто соседей вздохнет и ответит ему знакомым с детства, спокойным голосом: «Надо, Федя. Надо.»

comments powered by HyperComments
Андрей Фурсов: мир будущего