На ВМФ России возлагается широкий круг задач, которые определяют его состав и численность. Каким должен быть наш флот с учетом международной обстановки и приоритетов развития страны.

Прежде всего следует отметить, что ВМС имеют значение не только в военное время. Они один из главных силовых инструментов поддержки дипломатической и экономической деятельности государств.

Основные задачи флотов в мирное время – борьба с пиратством, защита судов российских собственников, занимающихся рыбным промыслом и грузоперевозками, демонстрация флага, участие в миротворческих операциях, эвакуация наших граждан из горячих точек, с мест природных и техногенных катастроф.

В ближней морской зоне важнейшие виды деятельности ВМФ – боевое патрулирование и боевое дежурство ракетных подводных лодок стратегического назначения (РПЛСН) в готовности к нанесению ядерных ударов по противнику и их всестороннее обеспечение, прикрытие своего побережья, поддержание в районах морей и океанов, прилегающих к нему, благоприятного оперативного режима, охрана госграницы в воздушной и подводной средах, коммуникаций и объектов народно-хозяйственного комплекса. С началом военных действий главной становится задача отражения агрессии, защиты суверенитета и территориальной целостности России. Силы ВМФ эту задачу будут решать уничтожением целей на удаленных территориях, обеспечением боевой устойчивости РПЛСН, нанесением поражения ударным, противолодочным и другим группировкам противника, а также береговым объектам, завоеванием превосходства в прилегающих к нашему побережью районах, поддержкой войск фронта при ведении ими обороны или наступления на приморских направлениях и т.п.

“Для контроля ситуации в южной части Атлантического и Тихого океанов необходимо иметь хотя бы по одному центру радиоразведки на иностранных территориях”

Оперативные возможности группировок ВМФ в дальней морской зоне должны позволить разгромить или по меньшей мере ослабить авианосные и ракетные ударные соединения противника, поразить объекты его военной инфраструктуры до уровня, при котором он не сможет угрожать территории России, кораблям в море и базах.

Боевые возможности группировки стратегического неядерного сдерживания должны позволять нанести вероятному противнику неприемлемый ущерб в военных конфликтах ограниченного масштаба.

Перечисленные задачи и требования определяют необходимый состав ВМФ. При этом оснащение наших кораблей новейшими системами вооружения, прежде всего такими, как гиперзвуковые противокорабельные ракеты (ПКР) Х-32, «Циркон» и «Кинжал», КРМБ «Калибр» и перспективная «Калибр-М», принятие на вооружение позиционной системы подводного наблюдения «Гармония», о создании которой лишь в общих чертах сообщили открытые СМИ, позволят существенно снизить потребное количество кораблей и самолетов в составе нашего ВМФ.

Для борьбы с пиратством и защиты российских судов должно быть развернуто как минимум по одному кораблю океанской зоны класса эсминец (большой противолодочный корабль) или фрегат в каждом из важных районов. Всего – по три-четыре в Атлантике и Тихом океане, один-два в Индийском. Демонстрация флага и выполнение иных мер поддержки дипломатической деятельности требуют выделения соединений, преимущественно надводных кораблей океанской зоны, численностью не менее трех – пяти единиц во главе минимум с одним крейсером или авианосцем. Оценка существующей и прогнозируемой внешнеполитической активности России дает основания предполагать, что потребности составят не менее трех – пяти походов таких групп на каждом из океанских флотов в год. Участие в миротворческих операциях и демонстрация решимости защитить интересы России в районах военных конфликтов, судя по сирийскому опыту, потребуют от четырех-пяти до 12–20 надводных кораблей во главе с авианосцем и две – четыре подводные лодки. Численность морской пехоты на борту может достигать батальона и более.

Полноценное решение задач поиска группировок ВМС иностранных государств и слежения за ними, ведение разведки морских и океанских ТВД требуют наличия на постоянной основе спутников, способных с периодичностью два – пять часов просматривать важные районы Мирового океана, и присутствия в наиболее значимых из них хотя бы по одному кораблю (или подводной лодки). Для контроля ситуации в южной части Атлантического и Тихого океанов, а также в Индийском необходимо иметь как минимум по одному центру радиоразведки на иностранных территориях. Ведение воздушной разведки потенциальных морских и океанских ТВД с периодичностью хотя бы раз в сутки требует от двух-трех до восьми-девяти самолетовылетов ежесуточно. Боевое патрулирование РПЛСН предполагает постоянное нахождение в море не менее трех-четырех лодок такого класса, залп которых даже с учетом возможной потери одной из них позволит нанести противнику гарантированный неприемлемый ущерб. Их боевое обеспечение на постоянной основе осуществляется 10–12 надводными кораблями ближней морской зоны, тремя-четырьмя многоцелевыми АПЛ и пятью – восемью неатомными подлодками, тремя-четырьмя самолетами противолодочной авиации. Для контроля воздушного пространства в районе патрулирования РПЛСН необходимо иметь минимум один самолет или вертолет РЛДиУ.

Поддержание благоприятного оперативного режима в местах расположения военно-морских баз и пунктов базирования, боевой подготовки сил флота потребует группировки из самое малое 15–20 надводных кораблей ближней морской зоны разных классов и пяти-шести неатомных подлодок.

С началом военных действий численный состав придется значительно увеличить. Для решения задачи разгрома или ослабления авианосных сил вероятного противника в дальней морской зоне, которые на каждом из океанских театров могут достигать трех – пяти АУГ, потребуется создать адекватную ударную группировку численностью не менее восьми-девяти многоцелевых и двух-трех ракетных подводных лодок, а также трех-четырех ракетных крейсеров (эсминцев УРО) с гиперзвуковыми ракетами большой дальности (500–800 км), 10–12 фрегатов с ракетами средней дальности, дивизии морской ракетоносной (или дальней) и не менее полка разведывательной авиации.

Борьба с подводными лодками противника на ОТВД в ближней морской зоне (где их численность может достигать 10–15 единиц) и обеспечение боевой устойчивости РПЛСН на каждом из океанских ТВД предполагает развертывание позиционной системы подводного наблюдения и создание группировки противолодочных сил численностью три – пять атомных и 10–15 неатомных подлодок, 25–30 корветов, 15–20 самолетов и до 40 вертолетов ПЛА. На закрытых морских ТВД – Балтийском и Черноморском – требуемая численность группировок противолодочных сил может составить до 10 неатомных подводных лодок, 20–25 корветов, до 20 самолетов и до 25 вертолетов противолодочной авиации.

Для борьбы с надводными кораблями в морях и районах океанов, непосредственно прилегающих к нашему побережью, на каждом из флотов необходимо создание группировки численностью 10–15 корветов и МРК с ракетным оружием средней дальности, 20–25 ракетных катеров, до трех-четырех дивизионов береговых ракетных комплексов и полк морской штурмовой авиации (Су-34 или Су-24).

Специфика решения задачи прикрытия потребует включения в состав каждого из флотов как минимум полка истребительной авиации и звена самолетов, допускающих базирование на авианосцах, или вертолетов ДРЛОиУ. Задача содействия приморскому флангу армии предполагает создание на каждом из флотов группировки численностью от 10–12 до 20–25 десантных кораблей, полка транспортно-боевых вертолетов, полка или бригады морской пехоты, что позволит осуществлять высадку тактических десантов и войск первого эшелона. Борьба с минной опасностью в районах базирования, на маршрутах развертывания и морских коммуникациях потребует создания группировки до 50 минно-тральных кораблей различных классов на каждом из флотов.

Собираем флот

Боевые составы флотов определяются с учетом коэффициентов оперативного напряжения в мирное и военное время. При этом важно учитывать, что в военное время у нас нет возможности межфлотского маневра кораблями и подводными лодками. Однако у морской авиации, морской пехоты и береговых войск такая возможность есть. Это позволяет в интересах минимизации требуемого состава ВМФ применить принцип стратегической мобильности. В соответствии с ним в структуру ВМФ России целесообразно включить еще один компонент – силы Центра. Их основу должны составить соединения и части морской авиации, береговых ракетно-артиллерийских войск и морской пехоты, которые при конфликте на одном из театров могут быть переброшены в зону боевых действий для усиления до необходимого уровня. Исходя из изложенного определяются требуемые минимальные составы наших флотов (по основным элементам).

“Оснащение новейшими системами вооружения позволит существенно уменьшить общую потребность в кораблях и самолетах”

Северный флот: 6–8 РПЛСН, 12–15 атомных многоцелевых, 8–9 ракетных и 15–20 неатомных подлодок, авианосец среднего класса, 15–20 надводных кораблей океанской и до 110 (до 30 ударных, включая ракетные катера, до 30 противолодочных и до 50 минно-тральных) кораблей ближней морской зоны, до 15 БДК, по одному полку корабельной, береговой истребительной, разведывательной и противолодочной авиации, противолодочный и транспортно-боевой вертолетные полки, по эскадрилье МиГ-31 с комплексом «Кинжал» и морской штурмовой авиации, полк береговых ракетно-артиллерийских войск, полк или батальон морской пехоты.

Тихоокеанский флот: до 15 атомных многоцелевых и 8–9 ракетных, 20–25 неатомных подводных лодок, авианосец среднего класса, 15–20 надводных кораблей океанской и до 135 (до 35 ударных, включая ракетные катера, до 40 противолодочных и до 60 минно-тральных) кораблей ближней морской зоны, 20–25 БДК, по одному полку корабельной, береговой истребительной, разведывательной и противолодочной авиации, противолодочный и транспортно-боевой вертолетные полки, по эскадрилье МиГ-31 с комплексом «Кинжал» и морской штурмовой авиации, полк морской пехоты, два полка береговых ракетно-артиллерийских войск.

Балтийский флот: 6–8 неатомных подводных лодок, до 20 ударных, до 20 противолодочных и до 40 минно-тральных надводных кораблей ближней морской зоны, 10–12 больших и средних десантных кораблей, полк истребительной авиации, отдельные эскадрильи разведывательной и противолодочной авиации, противолодочный и транспортно-боевой вертолетные полки, эскадрилья морской штурмовой авиации, батальон или полк морской пехоты, два полка береговых ракетно-артиллерийских войск.

Черноморский флот: до 10 неатомных подводных лодок, до 30 ударных кораблей и катеров, 15–20 противолодочных и до 30 минно-тральных надводных кораблей ближней морской зоны, 7–10 больших и средних десантных кораблей, полк истребительной авиации, отдельные эскадрильи разведывательной, противолодочной и морской штурмовой авиации, противолодочный вертолетный полк и транспортно-боевая вертолетная эскадрилья, батальон морской пехоты, полк береговых ракетно-артиллерийских войск.

В составе сил Центра целесообразно иметь дивизию морской ракетоносной авиации, по одной-две эскадрильи разведывательной авиации океанской и ближней морской зоны, противолодочной авиации, морской штурмовой авиации, дивизию морской пехоты и один-два полка береговых ракетно-артиллерийских войск. Кроме этого, насущной необходимостью является наращивание системы морской космической разведки.

Что имеем

Сопоставление с имеющимся боевым составом свидетельствует: по реальным возможностям наши флоты недотягивают даже до 35–45 процентов от требуемого. Не поступили на вооружение в достаточном количестве и новейшие системы вооружений. За исключением отдельных единиц не прошли модернизацию наши крупные надводные корабли и ракетные подводные лодки. При этом большая часть имеющегося корабельного состава нуждается в ремонте, в основном среднем или даже капитальном. Полностью удовлетворяет требованиям только численность РПЛ СН.

В крупномасштабном конфликте против ВМС крупнейших стран (на западе – США и НАТО, на востоке – США, Япония и их союзники) наш ВМФ не сможет в полном объеме решить возлагаемые на него задачи. В локальных конфликтах против слабых в военно-морском отношении государств ценой привлечения боеспособных кораблей из состава всех флотов Россия в состоянии создать требуемую группировку сил. Однако обеспечить ее длительное присутствие в районе будет весьма проблематично в силу общего дефицита боеспособных кораблей.

С учетом нарастания военной напряженности в мире надо предпринимать экстренные меры по наращиванию боевых возможностей нашего ВМФ. Кораблестроительная программа предполагает достаточно высокие темпы пополнения состава наших флотов. Однако этого недостаточно. Она не позволит достигнуть хотя бы 60 процентов от требуемого. Необходимо отремонтировать то, что имеем, с доведением числа боеготовых кораблей до 85–90 процентов. Оставшийся с советских времен арсенал в достаточной мере соответствует современным требованиям, поэтому ввод в строй даже без серьезной модернизации может стать весьма эффективным и дешевым способом восстановления боеспособности наших флотов. При этом целесообразно вернуть в их состав морскую ракетоносную авиацию. Важнейшей задачей является восстановление кадрового потенциала ВМФ, особенно летного. Необходимо нарастить как минимум в два-три раза аэродромную сеть для базирования морской авиации. Важнейшая задача – восстановление системы базирования корабельного состава, особенно океанских флотов. Количество и емкость пунктов рассредоточенного базирования и ремонта должно быть увеличено не менее чем в полтора-два раза. Важно воссоздать наземную транспортную инфраструктуру, что особенно актуально для ТОФ. Исключительно важная задача – наращивание возможностей разведывательной авиации, в первую очередь – в океанской зоне. Сегодня система разведки наших флотов совершенно не соответствует предъявляемым к ней требованиям.

При выполнении всех этих мер наш ВМФ сможет в полной мере решать задачи защиты интересов России в Мировом океане. Однако надо признать, что при существующих тенденциях в экономике и политике воссоздания потенциала до минимально необходимого уровня нашего флота в приемлемые сроки ожидать не стоит.

популярный интернет

Сейчас читают