Православный мир обеспокоен происходящим на Украине. Предстоятель Александрийской Православной Церкви патриарх Феодор II призвал верующих Украинской православной церкви (УПЦ) «оставаться верными Православной вере, оставаться в канонической Церкви». Об этом в пятницу, 28 сентября, сообщает Информационно-просветительский отдел УПЦ.Блаженнейший Патриарх Александрийский и всей Африки Феодор II выступил с таким призывом накануне в своем обращении к верующим Украинской православной церкви после совершения молебна о единстве Православия в Украине в Одесском Спасо-Преображенском кафедральном соборе.

Ранее митрополит всея Америки и Канады Тихон в своём архипасторском письме заявил, что Православная церковь в Америке (ПЦА) считает, что решить решение проблемы, возникшей на Украине, может не Константинополь, а Всеправославный собор.

Митрополит Тихон также призвал всех православных христиан Америки к горячей молитве за митрополита Киевского Онуфрия, клир и прихожан канонической Украинской Православной Церкви (УПЦ). Прокомментировать письмо митрополита Тихона, а также позицию других поместных православных церквей в связи с вопросом «украинской автокефалии» мы попросили пресс-секретаря УПЦ Василия Анисимова.

— Судя по поступающей информации, поместные православные церкви не поддерживают Константинопольского патриарха Варфоломея и с тревогой наблюдают за разворачивающимся на Украине церковным кризисом…

— Всё дело в том, что нарушается канонический порядок. Народы вручены церкви, поместной церкви. И предстоятель церкви несёт ответственность и управляет церковью на какой-то территории, которая ему очерчена. Потому что не могут все пятнадцать поместных церквей без всякого порядка существовать. Чтобы они поддерживали и каноны, чтобы поддерживали правильное вероисповедание, мы же называемся Православием.

И структура церкви тоже должна соответствовать общепринятым правилам. Если, например, вдруг одна церковь начинает посягать на права другой церкви, это внесёт смуту во всё церковное устройство.

— В Православии нет такого единоначалия, как у католиков, которые все подчиняются Папе Римскому? У православных нет подчинения какому-то всеобщему центру?

— Нет. С другой стороны, католики ведь сами избирают этого Папу. Они ему вручают духовную власть. Православные через свои соборы избирают патриарха, предстоятеля церкви. Мы, например, избираем предстоятеля церкви на Архиерейском соборе. Все наши архиереи собираются и избирают предстоятеля.

Русская православная церковь имеет свои епархии, приходы, монастыри в сорока странах. И они проводят поместный собор, на которых избирают патриарха из своих еспископов. И тоже вручают ему духовную власть. Патриарх, кроме своего патриаршества, ещё является и управляющим конкретной епархии — города Москвы. И (глава УПЦ) Блаженнейший митрополит Онуфрий тоже, кроме предстоятельства над всей УПЦ, ещё является епископом Киева, он — митрополит Киевский.

И все они на своей церковной территории осуществляют в полной мере всю церковную духовную власть. И так же в любой другой поместной церкви.

— Поэтому недопустимо вмешательство одной поместной церкви в дела другой?

— Да, это разрушит канонический порядок. Вот они (Константинополь — прим. ред.) как обосновывают своё вмешательство: вот, у вас там беспорядок, и мы, как мать-церковь, не можем не вмешаться… Но извините, тогда Иерусалим, мать всех церквей, может вообще в дела всех церквей вмешиваться…

— Что же будет?

— Это всё внесёт большую смуту. Поэтому понятно, что все поместные православные церкви сейчас находятся в таком состоянии, что просто надо что-то делать. Потому что если конфликт зайдёт далеко, разрушатся какие-то устои, например, здесь, в Украине, то они начнут рушиться, видимо, и везде.

— А что делать? Митрополит всея Америки и Канады Тихон в своём письме призывает к регулярному диалогу, призывает решать кризис на Украине путём созыва синтаксии, Всеправославного собора…

— Диалог нужен. Тут ещё в чём дело. Когда идёт речь о предоставлении независимости или автономии внутри какой-то поместной церкви, то одни считают, что это дело самой этой церкви. А Константинопольский патриарх, например, считает, что это надо делать только с его разрешения. И считает, что автокефалию он может предоставлять.

Но на каком основании и кому ты автокефалию будешь предоставлять? Ты же должен только канонической церкви, то есть, своим единоверцам. А не отлучённым и беглым, как (глава «Киевского патриархата» — прим. ред.) Филарет и все остальные.

По канонам они (Константинопольский патриархат — прим. ред.) не имеют права даже общаться с ними — ибо, если кто будет с отлучённым от церкви общаться, да будет сам отлучён. Поэтому эти экзархи (присланные Константинополем — прим. ред.), как только вступят в контакт с анафематствованными, должны сами попасть под запрет.

— В связи с этим возникает вопрос: как технически Константинополь мыслит предоставление «украинской автокефалии», кому её могут предоставить? УПЦ не просила, «Киевский патриархат» и УАПЦ — раскольники…

— Да, посмотрим, например, на УПЦ. Крупнейшая тысячелетняя церковь. УПЦ — это древнейшая часть Русской православной церкви. И то, автокефалию она могла бы попросить у самой РПЦ.

— Но не просила.

— Не просила. А они (Константинополь — прим. ред.) хотят каким-то вот таким бардаком организовать… Собрали УАПЦ (Украинскую автокефальную православную церковь — прим. ред.), которую сам же проклял Константинопольский патриарх. Он же сюда приезжал в 1991 году, я сам был на встрече. И он строго так говорил (об УАПЦ) — богоотступные, преступные… Тогда ещё Филарета не было. Потом Филарет появился. Вот они — две неканонические структуры («Киевский патриархат» и УАПЦ — прим. ред.), которые кощунственно похитили то, что им не принадлежит — они не имеют права называться теми, кем называются, они не обладают благодатью Святаго Духа, и у них нет апостольской преемственности.

— Так кому же реально автокефалию собираются предоставить?

— Ну, я не знаю. Если они хотят превратить церкви в общественные организации, тогда… Тогда они могут сами что-то менять, собираться — вот это мы так решили, а это так… К тому и идёт.

Самое странное, что у Константинополя, в общем-то, какого-то большого влияния нет. Но у него большая историческая память есть. И это ему надо бы держать эти каноны, а не разрушать их.

Ну, хорошо, допустим, дадут автокефалию вот этим двум структурам («Киевскому патриархату» и УАПЦ — прим. ред.), возникнет вопрос — а почему этим двум, откуда они возникли? Они у нас незаконны, потому что они не имеют права православными называться. Их светская власть незаконно зарегистрировала, у них есть, условно говоря, бренд какой-то, но нельзя же под него такое делать.

Ту же УАПЦ прокуратура дважды снимала с регистрации, при Кравчуке и при Кучме, в 1993 году и в 2002-м. Но никто этого не выполняет.

— Может ли быть такой вариант, например: соберутся и создадут новую поместную православную церковь, избрать своего Предстоятеля и получить томос?

— Например, мы с вами решили создать поместную церковь. Вы ничего из себя не значите, и я ничего. Но вот мы собрались, объявили о создании церкви, и нам дали томос. Но в церкви делается совсем не так.

И тогда чему учит нас Церковь две тысячи лет, зачем все Вселенские соборы? Их же все изучают, об этом написаны тысячи работ. У нас на священника учатся восемь лет, это о чём-то говорит?

— Значит, какого-то канонического пути в сложившейся ситуации нет?

— Путь может быть один. Как, например, Русская православная церковь создавалась? Она была частью Константинопольской церкви, а потом получила от неё автокефалию. Что подтвердили все четыре существовавших на то время патриарха, есть такая грамота, она, кстати, сохранилась — и Константинопольский, и Антиохийский, и Иерусалимский, и Александрийский патриархи.

Там, кстати, написана такая вещь, что автокефалия предоставляется только цветущей части церкви. Например, когда центр пришёл в упадок… Вот как Константинополь — он не просто пришёл в упадок, он на птичьих правах (в Стамбуле — прим. ред.), султаны турецкие даже иногда даже на воротах патриархов и вешали. И получилось, что центр духовной власти оказался в инославной зависимости, а окраина была (цветущая) — так кто кем руководить тогда должен? Таким образом и другие церкви создавались. Это разумная система.

А мы что, такая сейчас цветущая часть церкви? Ясно, например, чтобы даже нам (УПЦ — прим. ред.) нам автокефалию просить у Москвы, мы должны сначала объединиться, чтобы едиными устами, как написано, молиться Богу. Потом развить все структуры, свои богословские школы, стать в полной мере самодостаточной.

Кстати, когда разрушался Советский Союз, а церковь выходила только из подполья, тогда была идея — чтобы лучше были условия для возрождения, чтобы не бегать за всеми разрешениями в Москву — давайте на 14 автокефалий разобьём, по числу республик. Но решили, что это нелепо и глупо, поскольку у всех разные возможности. Поэтому, кто сколько мог независимости проглотить, столько и взял. Самоуправляемые церкви, экзархаты появились.

— А Украинская православная церковь?

Мы (УПЦ — прим. ред.) больше чем автономная церковь, потому что у нас свой Синод, например. Понимаете, даже когда томос об автокефалии предоставляют, там мать-церковь пишет права автокефальной церкви, что ты можешь делать, чего не можешь делать, оставляют тебе благословения. Сейчас мы с патриархом Кириллом связаны только тем, что он благословляет избранного нами предстоятеля.

Система эта работающая. А если вот эту смуту внести во всё это, то, конечно, будет беда. Это, конечно, страшно озадачивает все поместные церкви, потому что — на что тогда ссылаться? Надо же правила блюсти, как, например, существует понятие римского права — есть такой столп, от которого отходить нельзя. И каноны — это тоже столп. Их нельзя подтачивать, переиначивать. Иначе вы перестанете быть тем, кем вы являетесь, кем вы созидались.

популярный интернет