Как следует рассматривать визит Майка Помпео в ряд постсоветских стран, каковы перспективы весенней встречи в нормандском формате после польских откровений Зеленского и какие общеевропейские тренды влияют на Украину, в интервью изданию Украина.ру рассказал директор Киевского центра политических исследований и конфликтологии Михаил Погребинский

— Михаил Борисович, одним из главных пунктов дипломатического турне госсекретаря США Майка Помпео была Украина. Если проводить анализ данного визита главы американской дипломатии, на что, по вашему мнению, нужно в первую очередь обращать внимание? Что Украина может занести себе в актив после встречи Зеленского с Помпео?

— Этот визит госсекретаря США в Украину был, безусловно, важен для Владимира Зеленского, однако, для того чтобы понять его результаты, я бы посоветовал обращать внимание не на официальные заявления, а скорее на то, что не было сказано публично.

С украинской стороны мы наблюдали попытки Зеленского всячески понравиться главе американской дипломатии, быть полезным США. Это ярко выразилось в не очень логичных намерениях закупать в Америке локомотивы, хотя гораздо выгоднее и целесообразнее это было делать если не на Луганском заводе, то хотя бы в Европе. А приглашение США выступить в качестве главных инвесторов Украины — это уже, можно сказать, обязательная политическая программа для наших властей.

Зеленский и его команда готовы максимально открыть рынок Украины для американских компаний. Это касается энергетики, разработки полезных ископаемых, транспортных компаний, да собственно всего, к чему наши заокеанские партнеры проявили бы хоть малейший интерес.

Но главное, что после этих красивых слов крупных американских инвестиций как не было, так, по всей видимости, и не будет. По крайней мере, Помпео в ходе визита в Киев ничего не обещал.

И главное, на что нужно обратить внимание — это на общий тон переговоров, а он был весьма сдержанный и даже холодный. Зеленского вопреки ожиданиям Киева так и не пригласили в Белый дом, и вообще тема ответного визита зависла. Все это говорит о том, что присутствует некое раздражение со стороны США действиями или бездействием украинского руководства.

Тем более что тема импичмента Трампа уходит, и, как следствие, тема Байдена и его связи с Украиной становится для американского лидера менее актуальной.   

Показательно, на мой взгляд, и то, что риторика в отношении России была весьма сдержанной. Более того, уже позже в Минске Майк Помпео повторил, что Украине придется договариваться с Россией.

— Вторым пунктом вояжа Госсекретаря стала Белоруссия, где президент Лукашенко сделал массу громких заявлений относительно возможности переориентации страны на Запад. Учитывая резкие личные высказывания лидера Белоруссии, прежде всего в адрес российского руководства, как, на ваш взгляд, может пройти встреча Лукашенко с Путиным?

— Я не думаю, что в Белоруссии может быть повторение некоего украинского варианта разворота на Запад. Перефразируя известную у нас фразу «Белоруссия — это не Украина», в этой стране влияние белорусских националистов минимально, а без этого элемента всерьез говорить о развороте от России не приходится. В Белоруссии нет шансов на победу Майдана.

Вообще не стоит рассматривать нынешнюю фронду Лукашенко как нечто новое в его подходах к переговорам с Москвой. К такой тактике, так сказать, «умеренного экономического шантажа» Лукашенко прибегал не раз. Как правило, в те моменты, когда президента Белоруссии не устраивала цена на энергоносители.

До сих пор Россия шла на достаточно серьезные экономические уступки, для того чтобы не напрягать политические отношения между странами. Поэтому я не исключаю, что и в этот раз какие-то подвижки в учете белорусских пожеланий со стороны Путина произойдут.

Тем более общая канва заявлений Лукашенко представляла собой некие намеки на «плохое» правительство Медведева, а сейчас в период большой внутрироссийской трансформации можно было бы начать новый этап отношений. В таком контексте российское руководство может немного подыграть Лукашенко. Тем более нужно как-то нейтрализовать или, правильнее сказать, политически отыграть визит Помпео в Минск.

Нужно понимать, что весь комплекс визитов госсекретаря по постсоветским странам прежде всего имеет предвыборную повестку. И главная мысль всего этого вояжа заключается в том, что администрация Трампа выбивает важный внешнеполитический аргумент у демократов, показывая, что США не намерены ни откуда выходить, ни с Украины, ни со Средней Азии, и все обвинения противников американского президента предвзяты и ложны.

— До возможной весенней встречи в нормандском формате остается не так много времени, однако украинское руководство в лице Зеленского не предпринимает активных шагов для выполнения «домашнего задания» Парижской встречи. Каковы перспективы в реализации Минских соглашений, способен ли Зеленский выполнить то, что им было обещано Меркель, Макрону и Путину на декабрьском саммите?

— Полагаю, Владимир Зеленский отдает себе отчет, насколько для него важно продолжать движение по реализации минских договоренностей. Он не мог не обратить внимание, что в декабре падение его рейтинга было остановлено и отыграно именно благодаря нормандской встрече. А сейчас наблюдается такая же динамика падения рейтинга, как и тогда. И конечно, у него будет огромный соблазн остановить этот негативный процесс следующим нормандским саммитом.

Но для того чтобы встреча лидеров нормандской четверки стала реальностью, Киеву нужно выполнить свои обязательства, данные лидерам в Париже. Вопросы амнистии, внесение изменений в Конституцию и прочие обязательства Украины по Минским соглашениям должны быть если не выполнены полностью, то хотя бы показан реальный прогресс в этом направлении. Как раз этого пока нет, так что вероятность новой встречи крайне мала.

Мне кажется, что в администрации Зеленского есть люди, которые это и прекрасно понимают, и имеют намерение двигаться к реализации подобных задач. Я сейчас имею в виду Ермака.  

Причем на сегодняшний день можно смело утверждать, что жесткая позиция по предварительному выполнению «домашнего задания» Украиной как обязательного условия для весеннего саммита нормандской четверки исходит не только от России, но и полностью поддерживается Францией и Германией.  

— От различных политиков в последнее время можно слышать намеки на возможность уточнения Минских соглашений (об этом, в частности, говорил французский посол на Украине), ранее в таком же духе высказывалась канцлер ФРГ Ангела Меркель. Все это вселяет уверенность в представителей «партии войны» на Украине, что можно пересмотреть весь комплекс мер по Минским соглашениям. Как вам видится такая перспектива и согласятся ли на подобную ревизию Россия и республики Донбасса?

— Ревизия Минских соглашений, на которую бы пошли Москва и непризнанные республики Донбасса, на мой взгляд, маловероятна. Но позиция может поменяться, если речь будет идти о ревизии по непринципиальным вопросам, которые не затрагивают фундаментальные основы договоренностей.

Что я имею в виду, Зеленскому в вопросе мирного урегулирования противостоит не только оппозиция в лице националистов и порохоботов, но и большая часть собственной политсилы. Для того чтобы хотя бы начать двигаться в сторону, Зеленскому нужно как-то успокоить противников. Грубо говоря, передавить даже членов своей фракции президент не может, значит, ему нужно изображать для разных групп разновекторное движение. В то же время для республик Донбасса и России нужно показать, что без этого он не сможет выполнить то, что обещал в Париже.

Но я не представляю себе, как Россия и ЛДНР могут согласиться на передачу контроля над границей вне прописанных предварительных шагов со стороны Украины, а именно внесения Особого статуса в Конституцию. Но какие-то ритуальные или косметические изменения комплекса мер я не исключаю.

Одним словом, такой сложный маневр может совершить очень искушенный политик, а Зеленский явно к таким не относится. Но в команде президента есть люди, которые способны провести такую тонкую политическую партию, это упомянутый мною ранее Ермак.

 — После скандальных заявлений Зеленского в Польше возможен ли его личный контакт с президентом России Владимиром Путиным, который весьма чувствительно относится к попыткам переписать историю Второй мировой войны и использовать исторические спекуляции в текущих политических целях?

— Вы знаете, я воспринимаю позицию Москвы и Путина в частности как весьма взвешенную и прагматичную. Всеми своими действиями российское руководство показывает, что оно не немерено закрывать для Зеленского возможность к диалогу. Российский лидер, как мне кажется, приемлет любую здравую идею, которая может продвинуть минский процесс. В этом смысле пока нет ситуации, какая была при Порошенко, когда в определенный момент с ним просто перестали общаться и отвечать на телефонные звонки.

Упомянутая выше речь президента Украины в Варшаве, конечно, сильно возмутила руководство России, да и не только его. Риторика Зеленского не нашла понимания не только в Донбассе, но и, по большому счету, во всей Юго-восточной Украине.

В то же время я бы отметил то, что, по всей видимости, понимает и Путин, что данная позиция Зеленского не сильно отличается от общего политического тренда большой части Европы. Лишнее подтверждение тому — голосование в Европарламенте. Здесь можно говорить, что президент Украины стремился не просто следовать этому тренду, но пытался угодить и сделать приятное польскому президенту Дуде.

Если бы Зеленский был более опытным политиком, он был бы более аккуратен в выражениях и, оставаясь в общеевропейском тренде, не свалился бы в откровенное хамство в отношении России. Глупости относительно Украинского фронта, Львовской дивизии или украинского командира танка можно было бы не произносить, ведь Европа при всем антироссийском тренде сквозь зубы все равно признает тот факт, что Освенцим освободила Красная армия и никак иначе.

— Украинские события невозможно рассматривать в отрыве от общеевропейского контекста. В связи с этим как вы оцениваете стремление президента Франции занять лидирующие позиции в решении самых сложных европейских задач, не наблюдаем ли мы смену лидера в ЕС как минимум на внешенеполитическом треке?

— Это абсолютно верно, так как Ангела Меркель уходит, а по существу она уже сейчас отстранилась от многих проблем и украинских в том числе, единственным лидером Старой Европы остается Эммануэль Макрон.

Президент Франции уже фактически утвердился в роли общеевропейского лидера, чего стоят только его концептуальные статьи о геополитике и будущем континента.  

— Европа в последние годы серьезно правеет и становится менее космополитичной, не ожидает ли нас новый «концерт наций» и где в этой гипотетической конструкции новой Европы России и Украины? 

— Последние годы показали, что Европа сильно меняется и отношения России и ЕС, однозначно, будут другими. Но это процесс очень долгий, который будет идти с колебаниями и переменным успехом. Как говорил один классик, «Шаг вперед — два назад». И я вовсе не уверен, что своеобразный Рубикон в данном отношении уже пройден.

Пока утверждать, что либеральная Европа умерла и рождается Европа наций нельзя. Конкуренция меду этими концепциями далека от завершения, и мне кажется, что перевес, пусть и незначительный, сохраняется за приверженцами либеральной идеи, если судить по составу Европарламента и резолюциям, которые там принимаются.

Сейчас читают

Архивы