Подозрения в адрес американцев в том, что именно они ответственны за создание и распространение в Китае коронавируса 2019-nCoV – это типичная «теория заговора», и к действительности не имеет никакого отношения. Благодатные условия для мутирования смертельно опасных вирусов и их трансляцию из природной среды в человеческий социум постоянно создают сами китайцы. И главным, пожалуй, каналом для этого служат пищевые извращения китайцев.

Несмотря на то, что, по данным ЮНЕСКО, к 2001 году Китай вышел на первое место в мире по темпам развития образования, в китайской народной среде живут самые дремучие предрассудки и суеверия, привычки, которые сегодня кажутся совершенно дикими с точки зрения современного человека. И, пожалуй, наиболее живучими, и при этом – крайне вредными, оказались суеверия и предрассудки, связанные с пищей.

Хорошо известно, что китайцы едят «все, что растет, что летает, бегает, ползает и плавает». У китайцев практически отсутствует чувство брезгливости в отношении еды. Более того, чем необычнее и реже продукт, тем он дороже и престижнее. При этом блюда из змей, черепах и лягушек вполне обычны, впрочем – и многие европейские гурманы их не чуждаются.

В Китае, в Гуанси-Чжуанском автономном районе, есть рестораны, специализирующиеся на собаках, и даже фестивали поедания собачьего мяса, в южных провинциях вам могут подать на обед гнездо морской ласточки, свежие мозги обезьяны прямо в черепной коробке, и даже кое-что покруче!..

Чтобы не травмировать читателя, я не буду рассказывать, как готовят китайские повара блюда, например, из «полуживых» кошек. В каждой провинции есть своя «изюминка» на этот счет, вплоть до мяса тигра или ишака.

В этом плане для китайцев нет «ничего святого», с европейской точки зрения: в стране, где последний Великий голод (по разным оценкам унесший от 15 до 32 млн. человеческих жизней) произошел на памяти ныне еще живущих людей, исторически востребован любой источник белка (от свиньи до саранчи и скорпионов), любой носитель минералов и витаминов, необходимых для поддержания жизнедеятельности организма.

И практически любое блюдо, даже самое сомнительное, обосновывается его полезностью: в одной провинции считают, что мясо кошки якобы полезно для мужского здоровья, в другой – оно полезно для баланса «инь» и «янь», и так далее. Кстати, то же самое говорят и про пальмовую цивету – животное, похожее на мангуста. Циветы проживают на юге Китая, и чем меньше их становится, тем они дороже.

Энергичное и ловкое животное, цивета вполне способна ловить даже летучих мышей. В случае с SARS (он же ТОРС — тяжелый острый респираторный синдром) носителями вируса были как раз летучие мыши. Вирус передался пальмовым циветам в качестве промежуточного хозяина, а затем от цивет произошла передача вируса людям на рынке живой продукции. По словам китайских ученых, штамм нового коронавируса (2019-nCoV) похож на коронавирус ТОРС. Он тоже зародился на рынке, где торгуют самыми разнообразными животными продуктами. При этом очень часто такие рынки в Китае способны повергнуть в ужас даже самого флегматичного российского санитарного врача!..

У меня нет права осуждать китайцев за их пищевые пристрастия, мне и самому приходилось там есть такое, о чём бы я никогда в жизни и подумать не мог, поэтому в Китае я давно перестал спрашивать, что за очередное блюдо нам принесли во время обеда?!.. – потому что ответ на такой вопрос может вызвать шок!..

Но я хотел бы им, китайцам, сказать о том, что из-за их таких гастрономических пристрастий многие европейцы (к которым я позволю себе отнести и основную массу россиян) воспринимают жителей Китая, если откровенно, как дикарей, хоть и научившихся писать и запускать космические корабли.

Дикарей, которые без особой на то необходимости, не от голода, а наоборот – от пресыщения, готовы сожрать любое живое существо, даже если везде это существо считается другом человечества (как собака или кошка), сожрать даже если это будет самый последний экземпляр на нашей планете!

Наоборот, встанут в очередь, проведут аукцион и заплатят за это любые деньги, лишь бы потом похвастаться своим знакомым – а ведь это именно я съел последнюю коалу (не дай Бог!) на Земле!.. Откуда это у китайцев, а также у вьетнамцев, у корейцев и других юго-восточных народов?! Ведь, казалось бы, они исповедуют буддизм и верят в переселение душ, а тут?!..

Убивать живое существо на глазах у покупателя – это в традиции этих народов в том числе и потому, что этому покупателю необходимо убедиться в том, что продукт – свежий, ведь раньше хранить продукты животного происхождения там было просто негде из-за теплого климата. Но для христиан, для европейцев – это дико. Этого, кстати, не понимают монголы, когда готовят западным туристам, например, хорхог (национальное мясное блюдо), предварительно прямо у них на глазах забивая барана или козу довольно эффективным, но, честно говоря, шокирующим способом – вскрывая им ножом грудь и надрывая аорту. Слабонервные туристы, после такого зрелища, порой падают в обморок, или отказываются от мяса…

Я сам видел, как рыдал русский мальчик в китайском ресторане, когда официант принес приготовленную рыбу, за которой, плавающей в аквариуме всего 15-20 минут назад, этот мальчик с восторгом наблюдал. И мама отчитывала отца этого мальчика, который радостно и сообщил о таком факте сыну…

Не с этого ли момента – с выбора какого-то еще живого беззащитного существа себе на обед – и начинается воспитание в китайском ребёнке жестокости по отношению к животным? В российском интернете огромное количество материалов (включая видеоролики) на эту тему – тему страшных, с точки зрения цивилизованного человека, методов снимания шкур с еще живых, например, норок, с изъятием желчи у живого еще медведя, с забитыми собаками у входа в ресторан, и так далее. Всё это – страшный удар по имиджу всего китайского народа, абсолютное большинство которого, по моему опыту, это вполне нормальные люди, тоже не приемлющие этой нечеловеческой, но еще довольно обыденной в Китае, можно сказать – бытовой жестокости.

Сегодня там едва ли не ежедневного возникают местные и провинциальные общества защиты животных, на озере Поянху, что в провинции Цзянси, женщина по имени Чжоу Хайянь, создала на свои собственные средства кормовую лотосовую базу «Пять звёзд» для журавлей-стерхов, прилетающих туда на зимовку из далекой Якутии. Я знаю китайца, который покупает (или, может быть, берет в аренду) кукурузные поля и высаживает там лес. Не на деловую древесину, а для того, чтобы возникали островки биоразнообразия, чтобы там селились птицы.

Правда, за то, чтобы в такой лес приехала на пикник какая-нибудь семья из города, он берет деньги, но на эти деньги он покупает другой участок, и тоже садит там лес. Если таких китайцев будет много, то возникнет надежда на то, что Китай постепенно восстановит вырубленные в прошлые эпохи свои, когда-то давно — богатые леса.

Ведь одному государству, без опоры на граждан Китая, решить эту задачу не по силам. Если китайцы, пусть и постепенно, но откажутся от привычки пожирать редких животных, то у них появится перспектива сохраниться на территории Китая, и не только в заповедниках.

У мигрирующих – прилетающих в Китай на зимовку из других стран – птиц появится шанс и в следующих столетиях радовать жителей нашего континента. Сегодня же слишком многие из них попадают к китайцам на стол…

Изменение менталитета китайцев в плане отношения к животным, к дикой природе, на мой взгляд, общегосударственная задача. Ведь без этого Китаю не восстановить ни природную среду, ни биоразнообразие, и, кроме того, не изменить отношение к китайцам со стороны граждан других стран.

ЗАКЛЮЧЕНИЕ

Сегодня Китай ведет настоящую войну с коронавирусом. И я бы сравнил город Ухань со Сталинградом, который отстояли от фашистов советские войска 73 года назад. Только этот фронт — медицинский. Чтобы не было новых Сталинградом, и новых Уханей, необходима огромная профилактическая работа. В том числе и по воспитанию у населения Китая чувства любви к живой природе, а не только к красивым ландшафтам и пейзажам.

Необходимо перевоспитывать тех, кто приносит в жертву своему желудку остатки живой фауны свой страны, и способствует расцвету браконьерства в других странах. Про таких у нас говорят “с жиру бесится!”. Не с голоду такие люди пожирают редких животных, а от того, что они богаты кошельком, но абсолютно нищие духом. Они не знают, как можно с пользой применить заработанные деньги, и они их прожирают.

Они, с целью похвастаться, заказывают на обед по 15-20 блюд там, где вполне хватило бы вполовину меньше. Остальное или уничтожается, или рестораны отдают свиньям. Еще раз повторю, что абсолютное большинство китайцев в культурны в плане еды, таких, о которых мы здесь говорим, всего несколько процентов от населения Китая.

Но в итоге их набирается миллионы, и обслуживая их, браконьеры и вполне легальные предприниматели наносят колоссальный вред не только живой природе Китайской Народной Республики, но и её общественному имиджу. Поэтому изменение менталитета китайцев в плане отношения к животным, к дикой природе, на мой взгляд, общегосударственная задача.

Ведь без этого Китаю не восстановить ни природную среду, ни биоразнообразие, и, кроме того, не изменить отношение к китайцам со стороны граждан других стран.

  • Если в результате этой пандемии коронавируса в китайском массовом сознании окончательно закрепится тенденция отказа от пищевых излишеств и извращений, а чревоугодники и браконьеры будут подвергаться всеобщему порицанию, то это будет единственным, но крайне важным положительным результатом пандемии коронавируса 2019.

Если миллиард китайцев объединится для защиты родной природы и биоразнообразия своей страны, то уже в недалеком будущем он станет локомотивом не только мировой экономики, но и охраны экологической безопасности всей Большой Евразии.

Сейчас читают

Поддержать проект
Архивы