Персональные данные граждан власти объявили государственными и могут продавать на сторону, каждый ученик должен иметь личный электронный кабинет, а цифровизация образования предполагает ликвидацию в ближайшие годы традиционного обучения. Об этих и многих других опасностях говорили в Совете Федерации на круглом столе «Соблюдение прав и свобод гражданина в эпоху цифровизациии роботизации». Подробности — в материале Накануне.RU.

Замминистра науки и высшего образования Петр Кучеренко признал, что по поводу цифровизации «тревог очень много» и ясных ответов на многие вопросы до сих пор нет. Однако после своего в целом нейтрального выступления он сразу ушел, сославшись на дела. Типичное поведение нашего чиновничества. На вопрос, что означает приказ Минпросвещения о заведении каждому ученику электронного личного кабинета для получения образовательных услуг, он даже не ответил.

Глава Института цифровой трансформации Людмила Бокова анонсировала подготовку законодательных инициатив для перехода в «другой мир». При этом она несколько слукавила, заявив, что у гражданина сегодня нет опции, чтобы обеспечить процесс отзыва или управления своим цифровым согласием, а это нужно предусмотреть. Лукавство в том, что она не упомянула о праве граждан вообще отказаться от «оцифровки». Потому что подтекст таков, что нужно дать право «управлять своим согласием», но сначала всех нужно загнать в «цифру».

Сенатор от Челябинской области Маргарита Павлова подчеркнула, что «формирование юридической базы для масштабного цифрового контроля за гражданами приводит к нарушению основополагающих конституционных прав, включая неприкосновенность частной жизни».

«Граждане давно просят нас разработать закон, отменяющий присвоение человеку единого номера-идентификатора, на который собирается вся информация о личной жизни», — сказала сенатор.

Она упомянула, что у России нет цифрового суверенитета: цифровые технологии сегодня преимущественно имеют патентную защиту в иностранной юрисдикции. А кто контролирует цифровые технологии, тот определяет правила игры. В образовании это особенно опасно.

«Мой ребенок в этом году пошел в первый класс, случился дистант – и у него был настоящий шок от сидения перед компьютером и отсутствия прямого контакта с учителем. Я продолжаю получать очень много обращений о цифровой образовательной среде, которая сейчас активно внедряется, у родителей много страхов и непонимания», — признала Павлова.

книжка, учебник, дистанционное обучение(2020)|Фото: mos.ru/Евгений Самарин

Она отметила: в настоящее время органы власти, компании не оставляют человеку выбора, ставя условием предоставления услуг согласие с обработкой персональных данных. Многие граждане предлагают принять закон об административной и уголовной ответственности лиц, которые в нарушение Конституции отказывают гражданам в оказании государственных и муниципальных услуг в бумажной форме.

Президент Федеральной палаты адвокатов Юрий Пилипенко поддержал эту идею.

«Хотелось бы, чтобы в каждом новом законе и даже нормативном акте было прямо прописано сохранение старорежимного доступа к старым возможностям, традиционного, нецифрового подхода, бумажных документов. И чтобы через пять лет мы с вами не обсуждали вопрос о том, как сохранить и сберечь главное право человека – оставаться человеком», — сказал он.

Наиболее предметным и аргументированным было выступление члена экспертно-консультативного совета по вопросам семейного права Совета Федерации, эксперта общественного уполномоченного по защите семьи Анны Швабауэр. Она отметила, что происходит планомерное и широкомасштабное внедрение системы контроля за гражданами на базе программы «Цифровая экономика». Уже создана единая система в сфере социального обслуживания (ЕГИССО), причем не прописан вопрос об отказе граждан от вхождения в эту систему. Такая же единая государственная информационная система создана в сфере здравоохранения. Аналогичная система запланирована в сфере образования. Президент наложил вето на скандальный «Контингент», но сейчас он все равно по факту реализуется на основе цифровых баз регионов. Данные на граждан вносятся без их согласия. Также внедряется «видеослежка», когда «старые домофоны срываются и устанавливаются новые без согласия жильцов».

«У нас имеется концепция создания Национальной системы управления данными, которые содержатся в информационных ресурсах всех органов власти. Посмотрите, какая происходит подмена терминологии. Как только наши данные туда попали, государство ими распоряжается. То есть идет подмена наших персональных данных на государственные. И среди целей обозначено предоставление государственных данных, я цитирую, широкому кругу потребителей на возмездной и безвозмездной основе. Фактическим речь идет о торговле персональными данными. Там даже используется термин «контракт», — подчеркнула Швабауэр.

По ее словам, закон о ЕФИР не указывает цели сбора данных на всех людей в единое досье и таким образом противоречит Конституции. В некоторых странах Запада уже пришли к выводу, что это недопустимо. А на Нюрнбергском процессе было признано, что подобный контроль с присвоением человеку цифрового идентификатора является отличительной чертой тоталитарного, фашистского режима.

Что касается режима в буквальном смысле, эксперт обратила внимание на то, что недавно был принят закон об экспериментальных правовых режимах в сфере цифровых инноваций. Он позволяет Правительству преодолевать нормы федерального законодательства, которые препятствуют цифровизации. Но такие вопросы может решать только федеральный закон, а здесь эти полномочия предоставлены Правительству.

Она затронула проблемную тему цифровизации образования. К слову, понятие «цифровая образовательная среда» (ЦОС) вообще не определено на федеральном уровне. Нет его и в нацпроекте «Образование». Тем не менее ЦОС принудительно внедряется. При этом речь идет о возможности использовать исключительно электронное обучение (п. 6 приказа Минобра от 23.08.2017).

«В мае этого года Минпросвещения выпустило рекомендации по обучению детей по персонализированным планам обучения. Это разрушает единое образовательное пространство и является угрозой нацбезопасности. Там написано про обучение в облаке, реализацию процессов обучения на цифровой платформе, геймификацию образования, использование соцсетей в обучении. Я сейчас цитирую. Искусственный интеллект обеспечит логистику персонального учебного расписания. Я цитирую: симуляция поведения учителя и создание с помощью искусственного интеллекта обучающих компаньонов на всю жизнь! Далее сказано, что искусственный интеллект будет отслеживать эмоциональное состояние ученика, и школах Перми уже внедрены эти камеры, которые вечером дают отчет по детям. Эта система предполагает влезание в духовную, душевную сферу ребенка. Все это повторяет форсайт-проект «Образование-2030», где указано, что на 2022-2030 гг. запланирована ликвидация традиционных моделей образовательной системы. Инициатором цифровизации образования в России является Всемирный банк, о чем он заявляет на своем сайте. Партнером ВБ является Сбербанк, ежегодно инвестирующий 2 млрд долларов в платформу «новой школы». В 15 регионах Герман Греф уже реализует эту платформу», – рассказала Швабауэр.

Герман Греф, деловой завтрак, ПМЭФ-2019(2019)|Фото: forumspb.com

Также российских детей принудительно подсаживают на западные цифровые платформы и собирают их данные, отметила юрист. В ролике Сбербанка о цифровом образовании роль учителя полностью нивелирована, для каждого ребенка предусмотрены цифровые платформы, где он делает все задания, которые проверяются искусственным интеллектом.

Происходит и прямое нарушение Конституции. Так, антикризисный план Правительства РФ в редакции от 2 октября 2020 г. предусматривает «переход на исключительно электронный формат обращений граждан к органам власти», хотя ст. 33 Конституции предусматривает прямо противоположное. В плане также прописана передача госуслуг негосударственным организациям. Но ст. 3 Конституции четко говорит, что госуслуги и госфункции – это сфера ответственности государственных органов.

«Фактически предполагается передача им полномочий государственной власти. Это очень похоже на государственный переворот», — сказала Швабауэр.

Она предложила создать рабочую комиссию, которая могла бы активно участвовать в «цифровом» законотворчестве. И первым делом необходимо убрать подмену понятий: персональные данные граждан недопустимо объявлять государственными.

Обсуждение показало, что эксперты хорошо видят проблемы и опасности цифровизации для прав и свобод граждан. Но хотят ли это учитывать власти?

Сейчас читают

Поддержать проект
Архивы