Президент Центра системного анализа и прогнозирования Ростислав Ищенко в эфире передачи «Украинский вопрос» обсудил с ведущим Борисом Костенко возможность присоединения к Польше Галиции и других западных территорий в случае распада Украины.

Борис Костенко: В Польше будут просчитывать свою выгоду в любом случае. С одной стороны минимизация потерь – это уже какая-то выгода, а с другой стороны — все будет зависеть от ситуации, которая будет развиваться непосредственно на Украине. Если речь пойдет о распаде, как поведут себя поляки по отношению к близлежащим территориям – это же тоже вопрос. У них есть какие-то разные сценарии?

Ростислав ИщенкоРостислав Ищенко: Здесь как раз Польша не может просто прагматично просчитывать свою выгоду. Вернее, теоретически может, но у нее это не всегда получалось, чаще не получалось. У Польши есть то, о чем мы уже говорили неоднократно, то, что мы называем традиционной русофобией. Хотя это не только русофобия. Это определенная сложившаяся традиция, причем не на пустом месте, польской политики. Польша долгое время конкурировала с Россией за гегемонию в Восточной Европе, а потом долгое время, кстати, тоже не в последнюю очередь благодаря неадекватной политике своих лидеров, но и благодаря сложившейся ситуации, долгое время страдала в тех случаях, когда заключался или просто оформлялся российско-германский союз. Потому что четыре или даже пять разделов Польши – это факт истории. И во всех этих разделах принимали участие Россия и Германия.

У Польши есть серьезные опасения, во-первых, к сильной России. И ее политика традиционно направлена на отдаление России, на создание буферных государств, на ослабление России. Во-вторых, у Польши всегда есть опасения на создание российско-германского союза, и Польша всегда делает все, чтобы этот союз разорвать, блокировать, не дать ему возможности состояться. Поэтому эта традиционная политика будет вступать в противоречие с прагматичными интересами Польши.

А в том, что касается территорий, то здесь точно также есть ностальгия народа: также спроси сейчас в России, «не вернуть ли нам Аляску?». Практически 100% граждан РФ в трех поколениях никогда не были на Аляске. Если кто и затесался, то в 4-5 поколении. Но тебе скажут, «да, конечно, это наши исконные земли, Аляска-то».

Точно так же в Польше скажи, «а не вернуть ли нам Львов?». Скажут, «конечно, вернуть». Особенно если он совершенно бесхозный валяется – чего ж его не забрать-то назад? Это эмоциональная позиция народа. Она будет давить на правительство. Прагматичная позиция правительства: а что делать с 12 миллионами бандеровцев, которые ненавидят поляков? 35 миллионов поляков и 12 миллионов бандеровцев в Галиции. Присоедини их и попробуй потом ассимилировать – сколько лет, десятилетий, а то и столетий на это понадобится? И какие ресурсы надо в это дело вкачать, и сколько жертв будет за все это время? Поэтому здесь у поляков тоже нет такого единого стратегического подхода: есть эмоциональная сторона, базирующаяся на истории, есть прагматичная сторона, базирующаяся на сегодняшнем дне. Какая победит – сложно сказать.

популярный интернет

comments powered by HyperComments
Популярное Видео




Декабрь 2017
ПнВтСрЧтПтСбВс
« Ноя  
 123
45678910
11121314151617
18192021222324
25262728293031