Политики рассматривают пожилых людей как «какие-то предметы с истёкшим сроком годности», пишет Барбара Пфеффер Биллауэр, профессор Института мировой политики (Вашингтон)

По мере того как в США проходит очередной рост случаев заболеваемости COVID-19, больницы пересматривают принципы распределения аппаратов искусственной вентиляции легких. Проведенное в марте исследование показало, что половина больниц США имеет политику распределения и нормирования аппаратов ИВЛ в зависимости от возраста. США не одиноки в этом. Неудивительно, что эта политика привела к смертям, которых можно было избежать. То же самое с карантином и изоляцией.

Депрессия и деменция из-за карантина вызывают смерть. Во многих странах существовали или все еще действуют строгие правила изоляции пожилых людей, что приводит по факту к жестокому обращению с ними; практика изоляции также предрасполагает пожилых к депрессии и снижению когнитивных способностей — а эти условия тоже приводят к смерти. Один из примеров того, как депрессия и снижение умственных способностей из-за карантина и изоляции приводят к смерти, произошел 2 июня с ветераном Второй мировой войны, который скончался незадолго до своего 100-летия. Основной причиной смерти была названа социальная изоляция: он был бессимптомным пациентом с коронавирусом, который провел в изоляции две с половиной недели. Нынешний протокол, касающийся обращения с пожилыми людьми, основан на первоначальных докладах Италии и Китая.

Они показали, что пожилые люди наиболее уязвимы к COVID-19. Эта оценка привела к двум результатам: более молодое население не воспринимало болезнь всерьез, а старшее все больше тревожилось. Такие новости усугублялись политическими директивами, нацеленными на пожилых людей. В Израиле старикам было приказано держаться подальше от внуков с предостережением, что объятия внуков могут убить их, — философия, которая заразила Америку. Нафтали Беннет, тогдашний министр обороны Израиля, назвал директиву «Операция бабушка». Леденили душу его слова: «Мы должны защитить бабушку… [потому как] самая смертельно опасная связь — между бабушкой и дедушкой и их внуком, между пожилым человеком и молодым человеком». Неудивительно, что «карантинные отели» Беннета сообщали о попытках самоубийства. Страх был настолько заразителен, что умирали даже пожилые люди без коронавируса — они просто теряли волю к жизни. В апреле в Великобритании и Уэльсе было зарегистрировано 10 000 случаев смерти от деменции, не связанных с коронавирусом, — на 83% больше, чем обычно. Слабоумие также снижает продолжительность жизни у пациентов с COVID-19.

Поскольку карантинные ограничения вызывали депрессию, а депрессия вызывала смерть, связь между смертью от COVID-19 и возрастом стала цементироваться. А поскольку старикам отказывали в искусственной вентиляции легких, они умирали, и связь между возрастом и ковидной смертью укоренилась. И спираль продолжает раскручиваться.

Старики умирают от COVID-19 не чаще, чем от чего-либо другого. Вывод о том, что пожилые люди более уязвимы, прочно укоренился в международном восприятии и породил международную политику. В результате в таких странах, как Израиль и Колумбия, были приняты директивы, продлевающие сроки изоляции для лиц старше определенного возраста. В Израиле — от 67, в Колумбии — от 70. В Италии аппараты искусственной вентиляции легких не предоставлялись лицам старше 60 лет, что отражалось на показателях выживаемости пожилых людей и влияло на саму статистику, используемую для определения глобальной политики. В других странах этот возраст немного старше.

Есть что-то очень неправильное в возрастной политике изоляции и распределения аппаратов ИВЛ, даже за пределами самореализующихся пророчеств о том, что пожилые люди с большей вероятностью умрут от коронавируса; даже за пределами того факта, что сама подобная политика приводит к увеличению смертности. И поэтому выводы из первоначальных исследований были ошибочными.

Об итальянских и китайских исследованиях, на которых основывалась эта политика, сообщается только сейчас. (Обоснование итальянского опыта было связано с тем, что там старше население, хотя страны с аналогичным демографическим показателем имели лучшую статистику, например Германия и Япония). Итальянское исследование — самое крупное из двух — показало результаты всего 22 человек старше 80 лет. Китайское исследование изучало только одного человека старше 80 лет и только десять — старше 70. Основываясь на этих «надежных» данных, исследование пришло к выводу: «Эти исследования показывают, что пожилые пациенты имеют больший риск смерти от COVID-19; скудные ресурсы, такие как вентиляторы, не должны распределяться между теми, кто старше определенного возраста, так как, по сравнению с ними, более молодые пациенты с большей вероятностью выживут».

Конечно. Если вы не дадите пожилым ИВЛ, когда они в них нуждаются, они умрут. Что касается того, являются ли пожилые люди более уязвимыми к смерти от COVID-19, чем от других болезней, так никто этого не изучал. А я изучала. Так вот, Сьюзен Коллинз, сенатор от штата Мэн, утверждала, что пожилые люди ответственны за 80% всех смертей от коронавируса. Но ведь в этом нет ничего удивительного. Обычно «около 82% всех смертей приходится на людей старше 70 лет, поэтому доля смертей от коронавируса во многом совпадает с долей смертей в целом». Центр по контролю за заболеваниями согласен: пожилые люди чаще умирают, чем молодые. Затем я проверила статистику гриппа — просто для сравнения. Знаете, что? 90% смертей от гриппа — это пожилые люди! И внутри этой группы «наиболее уязвимые пожилые люди испытывают более чем в 60 раз больший риск госпитализации и смерти [от гриппа] по сравнению со здоровыми взрослыми в возрасте от 65 до 75 лет». Тем не менее, несмотря на то, что в прошлом году в США было 80000 случаев смерти от гриппа (самое высокое число смертей за последние 40 лет), мы не лишали пожилых людей аппаратов искусственной вентиляции легких и не запирали их.

Здоровые старики, по-видимому, выдерживают COVID-19 лучше, чем здоровая молодежь. На этом моменте мы переходим к вкладу сопутствующей патологии в статистику смертности. Согласно нескольким исследованиям, сопутствующее заболевание в значительной степени определяет исход COVID-19 — для всех возрастов. «По крайней мере одно хроническое заболевание было распространено более чем у 80% всех тяжелобольных пациентов с коронавирусом». Журнал Lancet подтверждает, что эта цифра одинакова в Китае, Италии и Великобритании. Неудивительно, что пожилые люди с большей вероятностью страдают сопутствующими заболеваниями, наиболее определяющими смерть. Согласно данным Департамента здравоохранения Нью-Йорка, из 13 000 случаев смерти с известными причинами у лиц за 65+ все умершие имели сопутствующие заболевания. За исключением 5 человек из 13 тысяч. А как же молодежь? Из 4300 смертей в возрастной группе от 18 до 64 лет — более 100 умерли, будучи в остальном здоровыми! Вот вам и утверждение, что здоровые пожилые люди более подвержены риску смерти от коронавируса, чем здоровые молодые люди. На самом деле, если люди здоровы, то оказывается, что пожилые более выносливы и менее восприимчивы к вирусу, чем молодые. Возможно, потому, что они приобрели некоторый иммунитет в результате воздействия какого-то родственного вируса в течение своей долгой жизни.

Последние сообщения подтверждают, что более низкий процент тяжелобольных был в самой старой возрастной группе, 90−99 лет, по сравнению с процентом тяжелобольных в возрасте 40−49 лет! В процентах — 7,5% против 12,5% соответственно.

Дома престарелых являются движущими факторами смертности пожилых людей. Больше пожилых людей умерли от коронавируса по сравнению с более молодыми, поскольку у пожилых с большей вероятностью есть ранее существовавшие условия для появления осложнений. Но хотя есть соблазн приписать эти смерти возрастным сопутствующим заболеваниям, это еще не вся картина. Большинство этих пожилых людей жили в домах престарелых — и именно там произошло большинство смертей. В США смертность в домах престарелых составила 40% от всех случаев COVID-19 со смертельным исходом. В Швеции — 50%, а в Ирландии — 62%. В Канаде 80% смертей от коронавируса приходятся на дома престарелых. Были выдвинуты различные объяснения того, почему дома престарелых являются эпицентрами болезней. Одна из них заключается в том, что эти места объединяют людей с множеством факторов риска. Но старость и болезни — не единственные причины. Есть и расовые различия в восприимчивости к вирусам, которые теперь хорошо известны. Некоторые исследования показывают, что в чернокожей и латиноамериканской популяциях смертность была удвоена или утроена по сравнению с белой популяцией. Неудивительно, что дома престарелых с самым высоким уровнем чернокожих жителей сообщали о самых высоких уровнях смертности.

Но все хуже. Похоже, что причиной смерти в домах престарелых является не только раса и плохое физическое состояние, но и сам уход в этих заведениях. Отчеты показывают, что связанный с пандемией эйджизм (дискриминация стариков) проявляется в том, что дома престарелых недостаточно оснащены, и в отсутствии проверок могут приводить к жестокому обращению с пожилыми людьми, депрессии и — следовательно — более скорой смерти.

И все равно все еще хуже. Мало того что плохое обслуживание свирепствует во многих домах престарелых (и больницах), еще и представление о старике как о человеке «с истекшим сроком годности» в некоторых местах критически повлияло на медицинское обслуживание пожилых людей. Швеция фактически институционализировала такой подход: «Врачам, наблюдающим за уходом в домах престарелых, было рекомендовано держаться подальше от жителей из-за риска заражения и велено тщательно взвесить состояние пациента, прежде чем направлять его в больницы. В итоге пожилые люди не доставляются в больницы — им дают успокоительные, но не кислород». Другими словами, обитатели дома престарелых с подозрением на COVID-19 помещались на паллиативную помощь (когда облегчаются проявления болезни), получали морфин и мидазолам (респираторный супрессант), но не получали внутривенных жидкостей и питания. Для многих это был смертный приговор. Один гериатр сообщил, что врачи прописывают пожилым людям «паллиативный коктейль», назвав его «активной эвтаназией». Медсестра дома престарелых сообщила, что «люди задыхались, было ужасно смотреть». Недостатки в приписывании избыточной смертности здоровым пожилым людям теперь начинают проявляться, о чем свидетельствует, например, очень низкий уровень смертности в Сингапуре. Врачи в Великобритании с этим согласны. Неудивительно, что на прошлой неделе Центр по контролю и профилактике заболеваний удалил критерий возраста как такового в качестве определителя уязвимости.

Но вы никогда не узнаете об этом, читая израильские заголовки. Один израильский эпидемиолог, регулярно беседующий с прессой, еще больше разжег ложный страх и объявил, «что будет около 4000 или 5000 израильтян … в возрастной группе 70+», умирающих от COVID-19. Под ужасающим заголовком «В возрасте до 50 лет вам нечего бояться, но даже вакцина не спасет миллионы пожилых людей», данный профессор, как сообщается, сказал, что даже если будет разработана вакцина, «она не будет эффективно защищать тех, кто наиболее уязвим к COVID-19, особенно пожилых людей».

Тенденция к политике эйджизма вызывает тревогу. Что еще хуже, так это недавние академические дискуссии о приоритизации ресурсов на случай, если их не хватит на всех. В настоящее время обсуждение ограничивается аппаратами искусственной вентиляции легких.

Сейчас читают

Поддержать проект
Архивы