В четверг, 29 октября, президент Турции Реджеп Тайип Эрдоган пригрозил военной операцией против сирийской курдской автономии, расположенной вдоль границы страны.Война

— Турции не нужно чье-либо разрешение, мы будем делать то, что необходимо, — отметил Эрдоган.

Заявление турецкого президента последовало в ответ на объявление курдов, возглавляемых сирийской курдской партией «Демократический союз», о создании автономии в сирийском городе Тель-Абьяде. Подобные планы в Анкаре расценивают как угрозу национальной безопасности. Эрдоган также обвинил курдский «Демократический союз», который считает сирийским крылом турецкой «Рабочей партии Курдистана» (РПК), в «этнических чистках» в регионе и заявил, что западная поддержка курдских ополченцев только помогла терроризму.

— Они даже не признают курдский «Демократический союз» террористической организацией. Что это за нонсенс? Запад продолжает придерживаться принципа: «Мой террорист — хороший, твой — плохой», — возмутился президент Турции.

Отношения между основным политическим движением курдов РПК и Турцией резко обострились после теракта в городе Суруч 20 июля, когда погибли 32 человека, преимущественно курды. Бойцы РПК обвинили турецкие власти в пособничестве исламистам. В ответ Анкара заявила о том, что начинает боевые действия одновременно против «Исламского государства» * и курдов. Но по позициям ИГИЛ был нанесен один символический авиаудар, а позиции курдов, которые воюют с джихадистами, Турция начала бомбить чуть ли не ежедневно.

В сентябре война между турецкими вооруженными силами и курдами РПК вылилась даже на улицы Германии — во Франкфурте, Штутгарте и в Берлине, где произошли ожесточенные столкновения между этническими турками и курдами.

Как пишет президент Института Ближнего Востока Евгений Сатановский, в аналитическом сообществе возникла устойчивая версия, говорящая о том, что единственный, кому были выгодны теракты в Суруче и позже в Анкаре для внутриполитических комбинаций, — сам Эрдоган. Первый теракт, в организации которого официально обвинили ИГ (ИГИЛ), стал поводом для атаки на курдскую «Партию демократии народов», а также удара по позициям РПК.

— «Столицу» ИГ — Ракку, эта турецкая атака в тыл курдам, наступавшим на нее, фактически спасла. Во втором были обвинены РПК, ИГ, «Фронт революционного народного освобождения» и «параллельное государство» Гюлена, — замечает Сатановский.

Отметим, что Турция является последовательным союзником многих радикальных исламских структур, включая филиал «Аль-Каиды»** в Сирии «Джебхат ан-Нусра» ***и «Исламское государство». Именно с ее территории эти группировки получают постоянное снабжение оружием, боеприпасами и живой силой.

Может ли Эрдоган действительно пойти на полномасштабную военную операцию против сирийских курдов, на которых сегодня делает большую ставку Вашингтон ? Эксперты считают — может, учитывая непростую ситуацию внутри страны.

Дело в том, что на прошедших в июне парламентских выборах (Турция — парламентская республика) правящая «Партия справедливости и развития» (ПСР) потерпела серьезную неудачу, получив лишь 255 кресел в 550-местном меджлисе. Впервые за 13 с лишним лет ПСР не смогла набрать достаточно голосов для формирования однопартийного правительства. Затем премьер Ахмет Давутоглу сообщил о невозможности сформировать коалицию, и Эрдоган назначил повторные выборы в стране, чтобы со второй попытки ПСР сумела взять реванш.

Директор Центра изучения стран Ближнего Востока и Центральной Азии Семен Багдасаров считает, что угрозы Эрдогана вполне могут быть воплощены в жизнь, поскольку у действующего президента осталось не слишком много вариантов действий для того, чтобы не потерять свое влияние в стране.

— Судя по всему, на парламентских выборах 1 ноября правящая «Партия справедливости и развития», основателем которой является Эрдоган и которую сейчас формально возглавляет его человек — Ахмет Давутоглу, не наберёт достаточное количество голосов для формирования однопартийного кабинета. Вероятность этого действительно высока.

Судя по данным соцопросов, ПСР получит 35−38%, оппозиционная ей «Народно-республиканская партия» (НРП) Кемаля Кылычдароглу займет второе место с примерным результатом в 26−27%, «Партия националистического движения» (ПНД) — 16−20%, а прокурдская «Партия демократии народов» (НДП) — 14−15%.

Парламент Турции насчитывает 550 мест. Партия, которая держит за собой абсолютное большинство — больше 2/3 всех кресел — обладает широкими полномочиями. Например, она может менять Конституцию без проведения всенародного референдума, чего и хотел Эрдоган. И получи его ПСР 367 мест на выборах четыре с половиной месяца назад, ему удалось бы внести изменения в Основной закон страны, сделав республику президентской вместо парламентской. Но в нынешней ситуации речь не идет даже о вынесении вопроса об изменении Конституции на референдум.

С кем по итогам ноябрьских выборов вступать в коалицию ПСР?
НДП и ПНД заявили, что в коалицию не пойдут. Остается только НРП, лидер которой Кемаль Кылычдароглу — личный враг Эрдогана. В НРП уже выдвигали условия о том, чтобы Кылычдароглу стал премьером страны на два года. Но в этом случае Эрдогану — конец, поскольку на поверхность будет поднята вся грязь и начнется скандал за скандалом, а в Турцию потянутся те, кто ранее оттуда сбежал. К примеру, два бывших высокопоставленных турецких прокурора — Зекерия Оз и Челал Кара, проводившие расследование в отношении ближайшего окружения президента Эрдогана, в августе этого года укрылись в Армении.

В общем, при таких результатах
, чтобы отодвинуть формирование коалиционного правительства, очень невыгодного Эрдогану, он, по сути, может воспользоваться лишь одним оружием — национализмом. То есть под предлогом угрозы национальной безопасности ввести войска в Сирию и начать боевые действия против РПК и ее ответвления в Сирии — «Демократического союза» (название обычно сокращается до «PYD», ее боевое крыло — отряды народной самообороны.

comments powered by HyperComments
Популярное Видео