Россия может выдать Монголии кредит на $1 млрд на льготных условиях. Об этом сообщает агентство FlashSiberia со ссылкой на свои источники. Ранее глава МИД России Сергей Лавров заявил, что Улан-Батор действительно ведет переговоры с Москвой о получении ссуды. Однако министр иностранных дел не уточнил, о какой сумме идет речь. По словам Лаврова, Россия может выдать Монголии кредит в рублях, и это «будет способствовать улучшению торгового дисбаланса» между странами. Член экспертного совета «Деловой России» Владислав Жуковский высказал свое мнение по этому вопросу.

Владислав Жуковский— В декабре 2010 года, я напомню, общий объем долга Монголии перед Россией составлял свыше $174 млн. В феврале этого года Москва списала Монголии же уже 98% этого займа?

— Да.

— И теперь, получается, опять кредит? Причем 1 млрд.

— Вообще наша финансовая политика, что внутренняя, что внешняя, — это, на самом деле, что-то абсолютно абсурдное и из ряда вон выходящее. Даже по официальным данным платежного баланса российские чиновники умудрились с 2000 по 2014 год списать, простить долгов третьим странам, будь то Эфиопия, будь то Сирия, Алжир, Ливия, Афганистан, Монголия, я не знаю, какие там страны, больше $118 млрд. Вы меня простите, эти $118 млрд — это даже по старому курсу 33 руб. практически 3,5-4 трлн руб. То есть это, грубо говоря, 10 годовых бюджетов на поддержку сельского хозяйства, можно было возродить все сельское хозяйство, агропромышленный комплекс и сельхозмашиностроение вместе взятые по нескольку раз.

Поэтому с точки зрения внешней политики мы находимся в крайне сложной ситуации, и власти вынуждены покупать лояльность разного рода стран на периферии вокруг себя, это в чистом виде даже не экономическое, а политическое решение. Но с экономической точки зрения это нечто, с моей точки зрения, абсурдное. Потому что мы видим, что решить проблему валютных ипотечников, которая оценивалась в 200 млрд руб. или в 150 млрд руб., никто не хочет и не может, проблему дорогого кредита для реального сектора экономики, для малого бизнеса никто решить не хочет, нам говорят, что денег нет, что бюджет сыплется, что отчасти верно. Но просто не нужно прощать долги третьим странам и нужно грамотнее собирать налоги. Поэтому мы видим, что вводится «Платон», вводятся торговые сборы, сносятся палатки, повышаются налоги. Дважды уже в 2016 году повысили акцизы на топливо, бензин, дизель. Мы видим, что в целом базовые издержки производителя растут, цены растут, но уровень жизни населения падает.

Поэтому в чистом виде политическое решение, потому что нужно хоть как-то покупать лояльность и поддерживать те нормальные внешние политические связи с ближайшим окружением, будь то Монголия, Туркмения либо какие-то другие страны Средней Азии. Но экономически мы уже видим, что для большинства наших внешнеэкономических партнеров на пространстве СНГ мы — своего рода дойная корова, за чей счет хорошо решать свои внутренние экономические и политические проблемы. Когда нам говорят чиновники, что мы помогаем монголам решить их проблемы с торговым балансом, — скажите, а кто-нибудь поможет решить наши проблемы с внешнеторговым балансом?

Я просто напомню на секундочку, что у нас профицит, то есть положительная разница между экспортом и импортом товаров, за январь-февраль текущего года в среднем упал в два с половиной-три раза по отношению к максимальным отметкам 2013-2014 года. То есть у нас у самих на самом деле там зияющая пустота и дыра в платежном балансе, которая компенсируется исключительно обвалом курса рубля по отношению к доллару. Но тем не менее мы почему-то всем помогаем, а нашей промышленности, нашим аграриям, нашим пенсионерам мы помочь не хотим, у них, собственно говоря, и пенсия не индексируется. А если индексируется, то на 4%, а не на 16%, как инфляция. Заморозка зарплат учителям, бюджетникам, врачам, научным сотрудникам — мы это видим всюду и везде, видим, что образование и медицина становятся платными. И 10 тыс. человек были уволены только в здравоохранении по Москве в прошлом году, поэтому это все на потеху дня, не более того.

— Скажите, такими темпами сами мы когда начнем просить кредиты?

— Вы очень хороший задали вопрос, ведь смотрите, мы вроде бы всем прощаем, всем списываем, но при этом сами мы все больше набираем долгов. Я просто напомню разного рода таким «экспертам», которые говорят, что мы должны всем помогать, что как-то странно мы помогаем, мы за последние семь-восемь лет увеличили наш государственный долг практически с 4,5 трлн руб. более чем до 11 трлн руб., но так как при этом мы все время всем что-то прощаем, что-то списываем, мы не видим, чтобы у нас было какое-то очень сильное усиление кооперационных связей со странами СНГ, качественное изменение структуры нашей торговли. Поэтому сами все больше набираем долгов, мы уже сегодня тратим на обслуживание займов больше 550-600 млрд руб. — это больше расходов на сельское хозяйство почти в два раза. Можно было эти долги не списывать, просто выторговывать для себя необходимые льготные инвестиционные условия, решения для бизнеса, для сельского хозяйства.

— А от Монголии мы как раз что-нибудь можем выкрутить, если говорить таким языком?

— Это очень специфичная экономика, это очень маленькая региональная экономика, в чистом виде сырьевая, с небольшим развитием сельского хозяйства, точнее, сельское хозяйство и строительный комплекс там, но в Монголии очень сильно влияние китайского капитала, как и в Таджикистане, Узбекистане, Киргизии и вообще в Средней Азии, и наше присутствие там даже не в разы, а в десятки раз меньше, чем китайского капитала. Поэтому у нас нет четкой осознанной конструктивной последовательной внешней экономической политики даже со странами Средней Азии и СНГ. Украина это хорошо показала. И сейчас мы видим по Средней Азии, что мы сами не понимаем, чего мы оттуда хотим, что мы там хотим делать.

— Лавров о дисбалансе говорит.

— Поэтому когда нет цели, нет задач, когда нет понимания, в какую точку мы идем, то никакой ветер нам не будет попутным, к сожалению.

— Владимир Сергеевич, но Сергей Лавров говорил о дисбалансе с Монголией, что происходит-то у нас с ней, мы у нее закупаем и не отдаем что-то?

— У нас в целом внешнеторговые отношения сжимаются со странами СНГ третий год подряд, причем велико влияние цен на нефть, ибо у нас внешнеторговый оборот — преимущественно сырьевой, низкопередельный даже со странами СНГ. Поэтому доля СНГ и стран ЕврАзЭС, в которые Монголия не входит, к сожалению, последовательно сокращается. И внешнюю торговлю России с Монголией, я могу ошибиться, но что-то там меньше долей процента, то есть это абсолютно маленький наш торговый партнер, его присутствие никак не сказывается ни на российской экономике, ни на уровне жизни населения. Поэтому мы сейчас всем спишем 90-95% долга. Почему никто не спишет нашим малоимущим россиянам, которые набрали 10 трлн руб. потребительских кредитов, пускай даже, если мы говорим про бизнес, 2-3 трлн руб., почему никто не предложит реструктуризацию, пролонгирование, капитализацию процентов? Люди, которые сегодня нашу экономику должны двигать, стимулируя рост на товары и услуги отечественного производства, по уши в долгах, их терроризируют коллекторы, поджигают их дома, насилуют их жен.

— Но это же никто не увидит, как вы говорите, по поводу внешней политики?

— В этом-то все дело. Понимаете, нам же нужны многоходовочки, нас же интересуют геополитические расклады и игры, мы не понимаем, что уровень жизни нас всех с вами, наша экономика определяется именно качеством жизни населения и платежеспособностью производителей. А здесь нужны другие меры. И вот эти деньги, которые мы всем простили, $115 млрд за 15 лет — извините, можно было по льготной ипотечной ставке обеспечить жильем 1 млн россиян, это был бы мощнейший мультипликативный эффект, мощнейший стимул для развития российского строительного комплекса и огромного количества смежных поддерживающих отраслей. Даже если бы была льготная процентная ставка 5% в год по ипотеке, мы бы решили проблему ветхого аварийного жилья за пять-семь лет уж точно, а мы видим, что за 15 лет ветхое аварийное жилье выросло более чем в три раза.

comments powered by HyperComments
Андрей Фурсов: мир будущего